Книга Егерь. Последний рывок, страница 91 – Николай Скиба

И только оказавшись в воздухе, понял, как страшно меня развели. Тварь использовала животный инстинкт против меня самого.

Это была обманка. Пустышка. Генерал прочитал меня.

Его костяная лопата уже шла снизу вверх. Без замаха. Из того самого положения, в котором тварь опиралась на землю. Борис просто провернул предплечье и ударил на опережение — не туда, где я стоял, а туда, куда я неизбежно приземлюсь.

Широкая кость шла по идеальной траектории. Через мгновение она должна была разрубить меня пополам.

Между мной и смертью встал Рик.

Южанин покрыл расстояние длинным, нечеловеческим скачком, вклиниваясь прямо в траекторию удара. За его спиной вновь вспыхнул Краб с Коралловых рифов. Призрачные клешни скрестились, образуя над нами абсолютный живой щит.

Костяная лопата встретила фантомную преграду. И прошла сквозь неё.

Я завершал перекат, когда по ушам ударил этот звук. Сухой, пугающий треск пробитой призрачной брони и чавкающий хруст разрываемой человеческой плоти.

Вскочив на ноги, я увидел то, во что мозг отказывался верить.

Лопата Бориса пробила Рика насквозь. Широкое костяное лезвие вошло в живот и вышло из спины, между почек. Южанин повис на ней, как кусок мяса на вертеле. Призрачный Краб осыпался мёртвыми искрами. В глазах Рика мелькнуло то самое мутное, стеклянное понимание неизбежного конца, которое я сотни раз видел у смертельно раненого зверя.

— РИИИИИК!

Сорванный крик Кары резанул по нервам.

Ждать, пока Генерал сбросит тело и замахнётся снова? Черта с два.

Я рванулся вперёд раньше, чем Борис успел выдернуть свою кость. Лезвие пустоты ударило снизу вверх, метя в локтевой сустав твари. Генерал дёрнулся, спасая руку, и с силой выдернул лопату. Рик рухнул на землю, захлёбываясь кровавой пеной. Серый цербер взвыл тремя глотками, бросаясь к умирающему хозяину.

Борис отшатнулся, поднимая окровавленную кость для нового удара, но в этот момент сзади пронеслась чёрная молния.

Огромная пантера пересекла двор двумя прыжками. На втором она уже приземлилась в двух шагах от Рика, прямо в воздухе перетекая из звериной формы в человеческую. Шерсть втянулась под кожу, лапы стали руками, и она рухнула на колени рядом с южанином.

Я не стал отвлекаться. Шагнул вперёд, закрывая их своей спиной. Моя задача — удержать Генерала.

Но краем глаза я всё видел.

Лана впечатала голые ладони прямо в распоротый живот южанина. Прямая передача жизненной силы — проклятый дар её рода.

Под руками пантеры зашипело, как от калёного железа. А затем от корней волос поползла мёртвая, пепельная белизна. Седина сжирала её молодость с каждым ударом сердца. Одна прядь волос полностью поседела.

Сквозная дыра в животе Рика стягивалась на глазах, превращаясь в грубый рубец. Кровь остановилась. Южанин судорожно, со свистом втянул воздух, и стеклянная муть в его глазах дрогнула.

Лана бессильно осела на землю. Белая прядь застыла, но дыхание сбилось, как у загнанной лошади.

Остатки человеческого внутри меня попытались сжаться в горячий ком под горлом. Зверомор хладнокровно растёр этот ком в пыль, превратив в ледяное топливо.

Я не стал оборачиваться на стонущего Рика и обессиленную Лану — просто шагнул к Сухому.

Генерал снова стоял на одном колене. Костяная лопата висела плетью, роняя на камни кровь южанина. Грудь дымилась, спина была исполосована. И всё это гнилое месиво ещё пыталось подняться.