Книга Егерь. Последний рывок, страница 97 – Николай Скиба

Значит, моё тело и ядро были к этому готовы. А точнее — древнее существо Первородной Чащи решило, что может поделиться со мной огромной силой.

Двести пятьдесят четыре очка. Огромное количество для распределения, но мои звери ещё не догнали меня по росту.

Очки могут понадобиться другим зверям — тем, кто встанет на стражу государства.

Подождёт. Навыки стаи никуда не денутся — я всегда так делал.

В горле стояло горькое послевкусие — из-за эволюционного отвара Ирмы, который старуха приготовила под моим руководством. Без Сухого не обошлось. Кровь Бориса, собранная Тимкой прямо из туши, легла в зелье основой.

Желудок сводило от каждого глотка.

Сейчас, утром, в горле всё ещё сидел этот мёртвый привкус.

Но всё это было не важно, потому что я чувствовал — звери шли к нам.

Прошёл в центр двора, не обращая внимания на устремлённые на меня взгляды.

Утренний воздух пах холодом и хвоей.

Двор лежал передо мной в сером свете раннего часа. Изломанный, заваленный обугленными балками, с тёмными разводами по граниту от вчерашней крови, он был избавлен от тел. Их свезли на кладбище за ночь.

Да… У нас появилось кладбище.

Куц стоял у колодца с деревянным ведром в руках. Здоровяк поднял на меня взгляд, и ведро медленно ушло вниз. Вода плеснулась через край и потекла по доскам.

Он молча смотрел на меня.

Я понимал, что он видит — совсем другого человека. Здоровяк сглотнул и приоткрыл рот, словно собирался что-то сказать, но не нашёл слов.

— Доброе утро, — кивнул ему.

Тот вздрогнул, подобрал ведро и торопливо кивнул.

Я двинулся к южному пролому.

Со стороны лазарета послышалось движение. Ирма вышла на крыльцо, держа за руку Тимку. Старуха посмотрела на меня прищуренным взглядом.

Из гостевой избы шагнули Рик и Кара.

Южанин остановился на крыльце с кружкой в руке. Он поднял её к губам, замер и медленно опустил, так и не отпив. Кружка повисла у него на пальце. Цербер у его ног заворочался и поднял все три головы.

Кара застыла рядом с братом, не дотерев росу со лба. Она смотрела на меня, опустив подбородок.

— Ну ты и вымахал, — тихо сказал Рик.

Я коротко ему кивнул и пошёл дальше.

К южному пролому подходил уже широким шагом. Мирана пока что не успела восстановить кладку, и в провале до сих пор зияла дыра шириной в десять метров.

Я остановился у границы, на самом краю, где гранит обрывался и начиналась бурая земля.

И увидел их.

В трёхстах метрах от деревни, за поваленными деревьями и поломанным кустарником вчерашнего боя, стояли звери.

Сотни.

Они вышли из глубины леса и занимали всё открытое поле перед стенами.

Слева тяжёлой поступью переминался каменный волк размером с быка — спина у него была закована в наслоившиеся каменные пластины серого камня, морда обросла подобием щитка, а глаза светились через узкие щели. Рядом с ним стояло ещё двое таких же, помельче.

Индекс B. Сильнейшая тварь.

В центре поля поднял голову ветряной олень — каждый отросток рогов светился изнутри, словно внутри плыли тонкие потоки воздуха. Олень шевельнул ушами в мою сторону, и от этого движения по траве пошла слабая рябь.

Позади оленя сидела огненная рысь — крупнее Актрисы, с шерстью цвета остывших углей.

Пламя медленными волнами текло по загривку, и капли горящего пара срывались вниз, прожигая в траве чёрные точки.