Книга Веронская насмешница, страница 47 – Кристина Додд

— С ее супругом та же история, и чувства юмора им обоим Бог не дал. Так что шуток от них можешь не ждать.

— Она разговаривает сама с собой? – уставился на меня герцог Яго. – Это, знаете ли, признак безумия.

Я поймала себя на том, что перевожу дыхание. Его замечание было вполне в духе сегодняшнего вечера, который сплошь состоял из идиотских реплик, так что и переживать не из-за чего.

То ли мы с нонной Урсулой схоже мыслили, то ли вдовствующая княгиня просто услышала мои думки так же, как слова призрака, в любом случае она с блеском в глазах вздернула подбородок, поглаживая тяжелый набалдашник своей трости. А потом наклонилась ко мне и проговорила:

— Рози, ты подкинула мне отличную идею. Хватит с нас питания и общения, я скажусь усталой, а ты предложишь мне помощь, чтобы добраться до дивана, пока я в обморок не грохнулась. Идем, поищем укромное местечко, где не будет чужих ушей.

Нонна Урсула не стала дожидаться моего ответа: ясно же, что я поступлю, как она велит.

Ведь все должны вести себя именно так.

— Я устала, – провозгласила она. Немедленно стало тихо, все мужчины повскакивали, все взгляды устремились к ней. Собравшиеся, затаив дыхание, ждали продолжения (распространяет ужас, как крестьянин навоз по полю разбрасывает, вспомнилось мне), но княгиня просто улыбнулась, продемонстрировав все свои крепкие зубы. – Рози мне поможет. Спокойной ночи.

Общество за столом обмякло, будто избавившись от жуткого напряжения. Я понимала, что помочь вдовой княгине подняться будет ошибкой, но все равно нарвалась на ее неизбежное раздражение:

— Подай мне руку, девочка, подай руку! Сколько, по-твоему, я способна простоять сама?

— Синьора, я не могу делать никаких предположений о силах и выносливости дамы вашего возраста, – сказала я и философски добавила: – Зато постараюсь никогда не подвергать себя угрозе взаимодействия с вашей тростью.

— В таком случае помоги мне встать, а я обещаю, что не пущу ее в ход. – Общими усилиями мы привели старуху в вертикальное положение. Проходя мимо сына, она отвесила тому легкий подзатыльник и велела: – Возвращайся завтра поутру и жену приводи.

Я подумала, что герцог Яго не посмеет не подчиниться прямому приказу грозной матери.

Мы медленно пошли по коридору.

— Сюда! – Нонна Урсула указала на маленькую уютную комнатку.

Когда мы туда вошли, я вдруг поняла, что за ней начинается другая комната, побольше, с кроватью, застеленной ткаными покрывалами и мехами. У богато изукрашенного изголовья громоздились кучей подушки. Большое створчатое окно состояло из многочисленных тяжелых мутноватых стеклышек, пропускавших дневной свет. Такое окно говорило о богатстве обитателей дворца даже больше, чем портреты, статуи и экзотические растения.

— Тут у вас гостиная и спальня? – спросила я.

— Совершенно верно. Я не в силах штурмовать лестницы, а здесь нахожусь в центре событий и могу следить, чтобы в доме все шло как положено. Закрой дверь, – добавила старая княгиня. – Тут нет ни скрытых глазков, чтобы подглядывать, ни потайных ходов, так что ничто не помешает нам спокойно поговорить. – Она попыталась опуститься в удобное кресло и покачнулась.

Я подскочила, поддержала ее и помогла сесть, подложив под голову подушку.

— Ты умеешь заботиться о стариках, – заметила она и устало опустила веки.