Книга Не верь никому, страница 60 – Джим Чайковски

Арчи вздохнул:

— Это, безусловно, соотносится с тем печальным положением, в котором оказалась наша группа…

Шерин не позволила себе отвлечься:

— А что насчет Третьего Речения, последнего в книге? Во время нашего разговора с месье Лораном он упомянул, что речь может идти о ключе к бессмертию.

— Скажу еще раз: первая строка дневника может быть просто поэтической гиперболой. Но многие в нашей группе, расшифровав отрывки с разных страниц, подозревают, что Третье Речение укажет на местонахождение потерянного Эликсира Жизни Сен-Жермена.

— Но это еще не все, – добавила Мойра.

Сэр Келли нахмурился, снова молча укоряя дочь за несдержанность.

Шерин уже надоела эта скрытность:

— Что еще, как вы предполагаете, там скрыто?

Мойра скрестила руки и бросила на отца суровый взгляд. Сэр Келли закрыл глаза и смиренно опустил голову:

— Возможно, там хранится еще одна тайна. Своего рода пророчество.

— О чем?

Он открыл глаза:

— О конечной судьбе Земли.

Прежде чем кто-либо успел отреагировать, Хью взмыл с насеста, вспыхнув черными крыльями. Его крик прозвучал как призыв к действию:

— Предатели! Все предатели!

Мойра повернулась к уже потемневшим окнам. Пока они разговаривали, солнце зашло, и по всей территории Тауэр-Грин, опустевшей после ухода туристов, зажглись фонари.

— Кто-то идет, – предупредила она.

17:18

Дункан вместе с Мойрой поспешил к окну, выходящему в парк. В сгущающихся сумерках к входной двери приближались трое мужчин. Судя по яркой форме бифитеров, это были йоменские стражи. С собой они вели четвертого мужчину, который шел, опустив голову, с сумкой на плече.

— Тот француз? – спросил Дункан у Мойры. – Месье Лоран?

— Возможно. Должно быть, сел на ранний поезд.

Королевский гвардеец вышел из своей будки и преградил путь группе, держа винтовку наготове. Мойра напряглась.

— Почему он… он же знает всех стражей…

Приглушенный звук напоминал кашель. Голова гвардейца дернулась назад, он с грохотом ударился о входную дверь, и все четверо набросились на него.

— Предатели! – выкрикнул Хью.

Дункан отпрянул от окна:

— Они здесь…

Мойра подошла к отцу:

— Братство…

Входная дверь – оставленная незапертой, поскольку находилась под охраной, – с грохотом распахнулась. «Наверное, втаскивают убитого, – подумал Дункан. – Чтобы обыскать дом, времени много не надо».

Сэр Келли, должно быть, пришел к такому же выводу, поскольку вытащил пистолет из скрытой кобуры. Похоже, констебль был готов сыграть не только церемониальную роль.

— Я задержу этих ублюдков. Мойра, выводи остальных через черный ход.

Дункан нахмурился. Через черный ход? За этими таунхаусами была лишь стена в десять футов.

Мойра замешкалась, но по другой, личной причине.

— Отец…

— Это мой долг. Перед Тауэром. Перед Хранителями. А теперь иди.

Последние слова прозвучали как приказ, но морщины на лице старика как будто врезались еще глубже. Он оттолкнул Мойру, и на это, очевидно, ушли все его силы.

Мойра неуклюже повернулась. Шерин уже схватила книгу и запихивала ее в сумку.

— Сюда! – распорядилась Мойра.

Они поспешили к двери. Загудел мотор – сэр Келли следовал за ними в инвалидном кресле. Выйдя в коридор, Мойра повела их прочь от главной лестницы.

Дункан задержался на пороге и обернулся к сэру Келли:

— Я могу остаться. Помогу задержать их.