Книга Дракон из черного стекла, страница 296 – Джим Чайковски

Когда гребень дюны тоже провалился вниз, показалась деревня – вернее, обозначающие ее флаги. Ее немногочисленное войско уже рассыпалось по песку, тоже явно заметив опасность.

Райф лишь поморщился, наблюдая, как эта картина на глазах уменьшается внизу.

Несмотря на все заверения Даранта…

«Это все равно больше похоже на бегство».

Даал стоял у входа в темную пещеру. Ему очень не хотелось оставлять Пиллара одного. Никс, похоже, столь же беспокоилась касательно Баашалийи.

Буквально только что они наблюдали, как шлюпка, слегка поворачиваясь, опускается в этот грот, и с кормы у нее вырываются языки пламени, отражаясь от черных стеклянных стен.

Крошечное летучее суденышко уже опустилось на дно грота, но ее кормовая горелка все еще угрожающе дымилась, готовая разгореться ярким факелом в случае повторного нападения манкраев. Для дополнительной защиты по бокам от шлюпки расположились обе летучие мыши, блокируя вход в пещеру. Викас и Иркуан тоже согласились остаться в гроте, чтобы в случае чего прикрывать отступление остальных.

Грейлин зажег фонарь и шагнул в глубь пещеры. Кальдер последовал за ним – нос варгра был высоко поднят, равно как и предостерегающе вздыбленная холка.

— Похоже, что от этого входа тянется туннель, – отметил Грейлин, затем оглянулся. – И ты уверена, что там что-то есть…

— Какой-то источник обуздывающего напева, – подтвердила Никс. – Который так и сияет из глубины.

Даал кивнул, проверяя повязку на своей раненой руке. Кожаные штаны – часть обычной летной экипировки – уберегли его от более серьезных повреждений.

— Я тоже это ощущаю, но только как совсем слабое свечение.

Обоих поддержала Шийя.

— Они правы, – сказала она, выбираясь из шлюпки. – Хотя, что это такое, мне никак не различить. Этот источник остается каким-то странно закрытым.

— Я чувствую то же самое, – кивнула Никс. – Я пыталась бросить туда свои пряди. Но по мере приближения к источнику они исчезают.

Аррен отважился зайти глубже всех остальных, наконечником копья сбросив со своего пути большого бледного скорпиона.

— Ну ничего себе… – вдруг с явным отвращением прошептал он. – Посветите-ка!

Все двинулись к нему, хотя Грейлин держал Никс позади себя. Когда они приблизились, свет фонаря упал на что-то, спрятанное в стекле, – нечто, что давным-давно расплавилось и застыло в нем.

Даал даже вздрогнул и отступил на шаг.

За стеклом, изогнувшись под мучительным углом, лежали останки та’вина. Его бронза была покрыта темно-янтарной патиной, испещренной зелеными прожилками. Все, что было видно, – это верхняя часть туловища, голова и одна рука. Нижняя часть бронзовой фигуры была обожжена до черноты – вероятно, жаром расплавленного стекла. Черты лица тоже были неразличимы – либо все из-за того же воздействия огня, либо способности части та’винов менять свое обличье.

— Да, это Корень, – подтвердила Шийя, держась в шаге позади и явно не желая приближаться.

— Один из павших ревн-кри. – Грейлин оглянулся на черный грот. – Тут явно была ожесточенная битва.

Никс выразила то, что было сейчас у всех в головах:

— Если это был какой-то последний рубеж, то не исключено, что союзница Краены – как чанрё называют разум орды в этой колонии – и вправду выжила. Та самая легендарная Дрёшра. Вполне возможно, что она застряла здесь и все так и взывает к миру на протяжении тысячелетий, ожидая, пока кто-нибудь достаточно одаренный обуздывающим напевом услышит ее.