Книга Дракон из черного стекла, страница 357 – Джим Чайковски

— Какого плана? – спросил Райф.

— Вероятно, они хотели захватить контроль над турубьей и завладеть ею для себя. Помните, тот Паук в Студеных Пустошах тоже развлекался подобным образом, но он был там один. У него не было армии.

Все повернулись к Шийе.

— Такое вполне могло быть, – согласилась она.

— Поэтому нам нужен Корень. – Райф вздохнул. – Жаль, что мы их всех перебили…

Из-за изгиба огибающей турубью поляны послышался голос Джейса:

— Эй! – крикнул он. – Гляньте-ка сюда!

Подавленные и встревоженные, все направились в его сторону. Обогнув турубью, Никс заметила Крайша, стоящего на коленях на краю леса.

Джейс махнул им рукой, предлагая подойти поближе.

— Не исключено, что одну загадку мы уже разгадали.

Крайш встал и отступил назад, чтобы все могли вглядеться в заросли. Тонкие бронзовые корешки поднимались там спутанной волной, сливаясь в единую массу и образуя нечто вроде створки морской раковины – большой, выше человеческого роста, – поставленной вертикально и обращенной своим углублением к хрустальной сфере.

— Что это? – спросил Даал.

Крайш почесал подбородок, стараясь не задевать волдыри.

— Полагаю, что именно здесь все эти нитевидные связи леса сходятся воедино. Именно эту штуковину и призван питать весь лес.

— С какой целью? – спросил Грейлин.

Никс уже предполагала ответ.

— Наверняка это новая активационная ячейка – плод знаменитой изобретательности Корней. То, что создавалось ими на протяжении многих тысячелетий.

Райф насупился.

— Выходит, у этих бронзовых истуканов все-таки вышло взять турубью под свой контроль…

— Нет, – сказала Шийя. – Мы ошибаемся.

— Насчет чего? – спросил Грейлин.

Шийя повернулась к нему.

— Корни не взяли ее под свой контроль. Они передали его кое-кому другому.

Никс нахмурилась.

— В каком смысле? С чего ты это взяла?

Шийя указала на верхнюю часть вогнутой створки, где на бронзовой пластине были начертаны какие-то загадочные письмена.

— Не одна только изобретательность подвигла Корней решить эту задачу, но еще и благоговение.

Грейлин прищурился, всматриваясь в надпись.

— Что тут говорится?

— Это титул. На языке Древних. Написанный та’винскими письменами. – Шийя обвела всех взглядом и произнесла его вслух: – Раб’альмат.

Никс отшатнулась.

— Повелитель Смерти…

— Это имя ревн-кри выбрали для своего предводителя. – Шийя оглядела группу. – Вот для кого Корни соорудили эту ячейку. Он единственный, кто способен активировать турубью.

Никс была в отчаянии.

— Элигор…

После побега из Вышнего Оплота Канте вновь оказался вместе со всеми остальными в задней комнате портняжной мастерской, расположенной в азантийском Среднеграде. Именно здесь их группа меняла внешность для своей первой вылазки в Цитадель Исповедников – казалось, это было уже целую вечность назад. И не все из них сумели благополучно вернуться оттуда.

К группе Канте присоединилась Ллира в компании Шута и Мёда, но примечательное отсутствие одного из их сотоварищей тяжким грузом легло на всех собравшихся в мастерской. Потеря Тихана оказалась крайне болезненным ударом не только по их делу, но и по сердцу Канте, и никто до сих пор не мог от нее опомниться.

Место Тихана на этом сборище заняли двое других. Одного из них привлек Канте. Даже оказавшись под прицелом множества взглядов, Врит сохранял невозмутимое выражение лица. Потребовалось много уговоров и криков, чтобы чей-нибудь меч не выпотрошил Ифлелена. Канте стал главным защитником Исповедника. Врит теперь был таким же беглецом, скрывающимся от королевского правосудия, как и любой из них. И в данный момент они нуждались друг в друге.