Книга Павшая луна: комплект из 2 книг, страница 527 – Джим Чайковски

Грейлин кивнул и схватил за руки двух валяющихся на песке мужчин, однако на большее сил у него уже не хватило.

— Даал, Никс – вам придется взять на себя третьего.

— И куда тащить? – с содроганием спросила Никс, все еще ошеломленная внезапной жестокостью и по-прежнему не в силах смириться с холодной необходимостью такого поступка.

Однако знала она и то, что рано или поздно должна и сама стать столь же черствой. С этого момента их продвижение к цели будет лишь усложняться. И, вне всякого сомнения…

«Будут еще смерти».

Даал достаточно овладел собой, чтобы указать на каменный волнолом.

— На мой ялик. Он достаточно большой, чтобы всех их вместить. Море заберет мертвых независимо от того, покрыты они чернилами или нет.

Никс наклонилась, подхватывая с песка безвольную руку.

«Давайте молиться, чтобы это не коснулось и нас».

Тусклое голубоватое сияние сумерек придвинуло море ближе к лодке. Клубящийся туман еще плотнее окутал их, словно пытаясь скрыть их усилия, когда они сбрасывали в воду последнее тело. Веревки из водорослей обвивали бледную шею трупа, спускаясь к набитой камнями сетке. Этот груз утащил их стыд в темные морские глубины.

Никс сидела на корме раскачивающегося ялика, обхватив себя руками. Несмотря на невыносимую жару, она все еще дрожала всем телом. Воздух наполняло зловоние серы, поднимающееся с расплавленного морского дна.

Потребовался целый колокол, чтобы достичь кипящих вод, окаймляющих глубоководное логово Сновидцев. Два орксо – Неффа и Маттис – едва тащили перегруженную лодку, вынужденные бороться с дополнительным весом мертвецов и значительным весом Шийи. Грейлин убеждал остальных выбросить тела вскоре после того, как они покинули пределы бухты, но Даал с этим не согласился. Он настоял на том, что этих мужчин – неважно, напали те на них или нет, – следует похоронить должным образом, опустив в объятия Сновидцев.

— Это последний, – сказал Грейлин, вытирая ладони о свои влажные штаны, как будто это заодно могло очистить его совесть.

Когда он обвел взглядом остальных, лицо его было суровым и безжалостным. Однако Никс заметила, что губы Грейлина беззвучно шевелились в молитве, когда мертвецов сбрасывали в их водяные могилы, а взгляд казался затравленным, хотя лицо оставалось каменным. Это лишь усугубило ее собственное чувство вины. Грейлин совершил этот бессердечный поступок, чтобы помочь ей в ее начинании.

«Но не будет ли все это напрасно?»

В свете единственного огненного горшка, укрепленного на носу, море под лодкой оставалось темным. Шийя, пристальный взгляд которой обшаривал воду вокруг, тоже ничего не чувствовала. Но им еще лишь предстояло воззвать к этим Сновидцам.

— Лучше поскорей перейти к делу, – предупредил Грейлин, глянув сквозь темный туман на призрачное сияние вдалеке. – Вернуться в Кефту явно получится заметно быстрее, но все-таки не стоит задерживаться тут дольше необходимого.

Никс кивнула, придвинулась к Шийе и взяла бронзовую женщину за руку – пальцы у обеих были скользкими от горячих капель. Полуприкрыв веки, сделала глубокий вдох, превращая свой обуздывающий напев в теплое сияние. И все же ей было трудно сконцентрироваться. Воздух, наполнявший легкие, был слишком уж горячим, слишком уж зловонным.

Шийя сжала ей руку, тихонько напевая рядом с ней.