Книга Царство костей, страница 118 – Джим Чайковски

Все поняли, что теперь только один человек из их отряда способен хоть как-то помочь.

Грей наклонился ближе.

— Фарайи, это тебе о чем-то говорит?

Парнишка мрачно нахмурился.

— Может быть… Но правда тут скрыта.

— В каком это смысле? Можешь нам показать?

Фарайи немного поколебался, но все-таки подошел ближе. Потянулся к коврику, как будто хотел вытащить его из грузового отсека, но вместо этого с благоговейной осторожностью провел ладонью по всей его длине, сверху вниз. Стал аккуратно поворачивать бусины и ракушки, пока они не оказывались в каком-то заданном положении. Ему приходилось проделывать это снова и снова, иногда нажимая посильнее, а иногда просто проводя по ткани кончиком пальца.

Поначалу казалось, что нет никакой разницы, но постепенно, по мере того, как каждый крошечный кусочек, продетый в пальмовую ткань, вставал на место, на ней проявлялось изображение. С каждым новым движением пальцев Фарайи оно становилось все четче, пока наконец узор не был завершен. Это оказался не набор геометрических фигур, а скорее мозаичная картина из меди, ракушек и стеклянных бусин, похожая на произведение кубиста или пуантилиста^[75], которая изображала маленькую каменную церковь с торчащим перед ней крестом, наполовину утопающую в темных джунглях.

Грей повернулся к Фарайи.

— Узнаешь это место?

Парнишка кивнул.

— Да. Это миссионерская церковь. Преподобного Шеппарда. – Он осенил себя крестным знамением, словно прося благословения. – Его самая первая церковь.

— Ты знаешь, где это?

Фарайи указал куда-то вглубь джунглей, дальше к востоку от них.

— Можешь отвести нас туда? – спросил Грей.

Плечи Фарайи поникли.

— Наверное. Она очень старая. Я ходил туда только один раз. Там больше нет тропы.

Ковальски застонал.

— Другими словами, нам придется переть прямо через джунгли…

Подобная перспектива явно никого не обрадовала.

Тем не менее Грей достал цифровой планшет и открыл светящуюся карту местности.

— Можешь хотя бы приблизительно показать, куда нужно двигаться?

Фарайи подошел к нему, явно намереваясь попытаться. Пока они о чем-то перешептывались, какое-то движение привлекло внимание Бенджи слева от него. Он удивленно обернулся и с уколом радости узнал большого мотылька, который привлек его внимание ранее. Тот опять порхал над поляной. С каждым взмахом крыльев с огненными краями мотылек, казалось, посылал ему приветственный сигнал – словно некая летающая версия светлячка, ищущего себе пару.

Бенджи пораженно разинул рот, осознав, что панцирь насекомого и вправду светится сам по себе.

«Поразительно…»

Но тут его радость сменилась беспокойством. Тем более что джунгли позади него были усеяны тысячами таких же мотыльков, и все они светились в темноте, как будто вызванные сюда первым. Нервно заморгав, Бенджи полностью обернулся вокруг себя. Они были повсюду, со всех сторон. Сотни мотыльков уже парили над головой, все плотнее окружая людей.

Сосредоточившись на коврике, никто не заметил их бесшумного приближения. Бенджи вспомнил, как Фарайи недавно встревожило исчезновение летучих мышей. Неужели они догадались, что надвигается, и поспешили скрыться?

Что-то коснулось щеки Бенджи. Он отпрыгнул назад. Мотылек упал на него сверху, трепеща, как осенний лист. Биолог потянулся к щеке, чувствуя, как та начинает гореть. Когда он поднял руку, мотылек присел на тыльную сторону его кисти. Бенджи вздрогнул, на миг загипнотизированный красотой его крыльев всех оттенков черного, словно у ожившей тени, края которых полыхали огненно-оранжевым.