Онлайн книга «Царство костей»
|
Ковальски уставился ему вслед. — М-да, лично я лучше не буду сходить на травку. Бенджи, казалось, даже не заметил этого угрожающего явления. Взгляд его был по-прежнему устремлен в чащу. — Я не думаю, что этот лес состоит из отдельных деревьев. Они слишком единообразны. Это напоминает мне Пандо. — Кто такой Пандо? – спросил Ковальски. — Не кто, а что, – рассеянно отозвался Бенджи, все еще озираясь по сторонам. – Это такой лес. В Юте. Еще его называют Дрожащим гигантом. Это заросли Populus tremuloides, или трясущихся осин[92]. Хотя внешне они выглядят как лес из сорока тысяч стволов, раскинувшийся на многие мили, на самом деле это единый организм, одно-единственное дерево, соединенное своими корнями, которое выбрасывает по сторонам клоны самого себя. Считается, что ему восемьдесят тысяч лет – а может, и миллион. — Вы думаете, перед нами нечто подобное? – заинтересовался Грей. — Не исключено. Тем более что, мне кажется, я узнаю эти деревья. — Правда? — Наверное. Но только из перечня окаменелостей. Эти широкие основания, сужающиеся кверху конические стволы… Я почти уверен, что они сродни доисторическим кладоксилопсидам – классу гигантских деревьев, близких к папоротникам. Они считаются первыми настоящими деревьями, появившимися почти четыреста миллионов лет назад. Видите эти трещины на их кожистой коре? Недавно я заметил достаточно широкий такой разрыв и понял, что ствол полый внутри. И обратите внимание, как эти трещины заполняются свежей ксилемой[93], восстанавливая живую ткань. Так когда-то и росли ранние деревья. Бенджи покосился на Грея. — Помните, как я рассказывал вам о древнейших грибах, найденных в Конго, – и о предположении, что как раз они-то и стали основой первозданной почвы для укоренения будущих деревьев? – Он махнул рукой в сторону одного из конических стволов. – Вот то, что выросло на ней первым. И пусть это определенно дерево, оно все еще несет в себе грибные признаки. Вот почему я думаю, что все эти леса представляют собой единый клональный комплекс, характерный для многих видов грибов. Вообще-то этот лес, его основу, и вправду следует отнести наполовину к деревьям, наполовину к грибам. Грей сглотнул, глядя на лес новыми глазами. Куполообразные верхушки деревьев даже выглядели как шляпки грибов, только образованные гигантскими стреловидными листьями вместо оборчатых гимениальных пластинок. Бенджи показал на соседний ствол, явно не совсем закончив излагать свои доводы. — И посмотрите на эти округлые выступы. Это примитивные споровые мешочки, вроде тех дождевиков, которые мы видели раньше. – Он сместился к одному из таких шариков, поверхность которого, покрытая множеством крошечных отверстий, словно дымилась. – Смотрите: этот уже выбрасывает споры из своих остиол. Грей поморщился при виде этого зрелища. — Итак, наполовину дерево, наполовину гриб… Вид у Ковальски тоже был не радостный. — А я думаю, что вся эта пакость – нечто большее, чем просто помесь гриба с деревом, – пробурчал он, уворачиваясь от очередного колючего корня, вынырнувшего на поверхность. – По-моему, тут есть и что-то от животного. — Возможно, – признал Бенджи, пожав плечами. – На пути эволюции что-то тут явно успело перебрать самые причудливые сочетания. Грей поразмыслил над этим. Мог ли вирус изменить здесь абсолютно все, даже эту примитивную форму жизни? |