Книга Царство костей, страница 76 – Джим Чайковски

Грей нахмурился.

Ндай объяснил:

— Окапи – это находящееся под угрозой исчезновения животное семейства жирафовых, обитающее в конголезских лесах. Некогда считалось, что это африканский единорог – больше миф, чем реальность. Когда-то этот вид был очень распространен в местных джунглях, но после веков охоты за их уникальными шкурами численность этих животных значительно сократилась. Теперь их можно встретить только в северо-восточной части Конго.

Потянув Ндая за рукав, Фарайи что-то быстро затараторил ему на своем родном языке. Обменявшись с ним несколькими словами, Ндай похлопал парнишку по плечу и растолковал:

— У бакуба есть племенные названия для многих мест в джунглях. Особенно для старых охотничьих территорий. Фарайи говорит, что есть место, куда окапи некогда приходили на водопой. Они там больше не собираются, но название осталось, поскольку передавалось его народом из поколения в поколение.

Грей уставился на рисунок.

«Уж не первая ли это путевая точка маршрута Шеппарда по джунглям? Но куда он направлялся и зачем?»

Повернувшись к Фарайи, он постучал пальцем по рисунку.

— А ты знаешь, где это место? Этот водопой?

Парнишка кивнул.

— А как насчет остальных символов? – Пирс перевернул несколько других фото.

— Может, нужно оказаться в первой точке, чтобы отыскать следующую? – предположил Такер. – Чтобы понять ключ к шифру.

Грей посмотрел на Фарайи.

— А может, надо принадлежать к народу бакуба, чтобы хоть что-то тут понять? У меня есть чувство, что Шеппард зашифровал этот маршрут так, чтобы по нему смог пройти только тот, кто хорошо знает эти леса и их историю.

— Но почему он держал его в такой тайне? – спросила Лиза.

— По тем временам это вполне имело смысл, – ответил Ндай. – Шеппард не доверял бельгийским колонистам и их местным союзникам, Заппо-Зап, – жестокой людоедской секте из народа басонге. Если что-то опасное – то, что бакуба считали злом – и было спрятано в джунглях, он наверняка хотел придержать такую информацию от бельгийцев, а если от этого имелась какая-то утетези – какая-то защита, – то предпочел сохранить знание о ней, оставив для бакуба дорожную карту, чтобы они были во всеоружии на случай, если эта опасность опять возникнет.

Грей кивнул.

— Не исключено, что вы правы.

— Но что это за зло? – спросила Лиза. – Это просто какая-то болезнь или что-то похуже?

Фарайи вдруг весь сжался и ахнул, отпрянув от стола. Парнишка в этот момент перебирал стопку фото и наконец добрался до последнего по времени снимка.

Грей подошел посмотреть, что именно заставило того так занервничать. Подобрал изрядно пожелтевшую карточку. На ней были изображены прогалина в лесу и пара увитых вьюнками колонн, стоящих по бокам от широкой вертикальной трещины в заросшем папоротником утесе. Крутой откос вздымался высоко в небо, вырисовываясь на нем своей зазубренной вершиной. Грей перевернул фото. С обратной стороны не оказалось ни символов, ни рисунков – только какие-то смазанные каракули. Написано было не чернилами, а, судя по характерному оттенку мазков, не исключено, что и кровью.

Они образовывали два слова.

Ндай прочитал их через плечо Грея и перевел написанное.

— Мфупа Уфалме… Это означает «костяная империя» – или, может, «царство костей».

Фарайи ткнул пальцем в фото, отступив еще на шаг.