Книга Запрет на браки в Чосоне. Том 3, страница 87 – Чхон Чжихе

— Дочь господина Е Хёнхо – Е Хёнсон.

В конце концов выбрали именно ее.

Услышав результат, Хэён, которая все это время в тревоге ждала ответа, просто осела на месте.

Что теперь будет с Соран? Неужели ее ждет суровое наказание? Сердце сжалось от ужаса.

Из-за неожиданно раннего объявления на площади поднялась суматоха.

— Так быстро? Все уже закончилось? Ничего не напутали?

— Неужели правда выбрали будущую королеву?

— Неужели и правда… запрет на брак будет отменен?

Пока народ гудел, из ниоткуда стали возникать слухи один безумнее другого.

Будто бы сегодня на короля покушались, хотели отравить. Будто бы мать новоиспеченной королевы подвергается жестоким пыткам в королевском трибунале, что сам король не участвовал в выборе и потому намерен отменить решение.

Слухи, словно водоворот, затягивали в себя все больше людей, порождая волну беспокойства. Некоторые начинали праздновать, но большинство не спешили расходиться и продолжали тревожно смотреть в сторону дворца.

И вот, когда смятение достигло предела, из-за ворот вышел еще один сановник – главный советник Ким Сольрок.

— С прискорбием сообщаю… Его Величество распорядился отложить действие решения по нынешнему отбору.

Лицо советника было мрачным: реакцию народа он представлял себе ясно, но добавить ничего не мог – ни подтвердить, действительно ли короля пытались отравить, ни объяснить, почему выбор приостановлен. Все, что ему оставалось, – объявить решение и немедленно вернуться во дворец, несмотря на десятки криков, звучащих ему вслед.

— «Отложить»?

— Значит, прежнее объявление ничего не значит?!

— Запрет на брак остается в силе?!

Не понимая, что происходит, люди загудели.

— Так не пойдет!

— Выходит, отбор провалился!

— И в этот раз королеву не избрали?

— Или хотят начать отбор заново?

— Да им, видно, на людей вовсе плевать!

— Эх, знал же я, что так и будет!

Двое мужчин вскочили с мест и в ярости закричали:

— Я, прожив всю жизнь в проклятом целомудрии, молчал только потому, что верил: отбор пройдет благополучно! Но теперь и он провалился?!

— Да и я ни разу женщину за руку не держал! И сколько еще нам так жить?!

То были Докхун и Ванбэ – известные участники движения «Мосольдан».

— Верно! Верно!

Толпа одобрительно загудела. И тут кто-то вскочил на каменный постамент и звонко выкрикнул:

— Настало время нам наконец подняться!

Он вытянул руку, поднимая в небо бамбуковое копье.

Это был… Тосок. Пепельно-серое одеяние, широкополая шляпа – сомнений не было.

Хэён, затерявшаяся в толпе, при виде его окаменела.

«Господин Тосок?»

Хэён хлопала круглыми, как монеты, глазами, не веря, что это и впрямь Тосок. Властный голос, расправленные плечи, горящий взгляд – он выглядел как прирожденный предводитель народного ополчения, человек несгибаемой воли.

А ведь раньше он был совсем другим: робким, внимавшим каждому ее движению… Даже когда спасал ее от похитителей, меч толком держать не мог. А теперь он будто стал совершенно другим человеком.

— Что нам дала эта страна? Что она сделала для нас за все эти годы?! – кричал Тосок, даже не подозревая, что Хэён в толпе.

— Да! Правильно говорит!

Послышался одобрительный гул.

— Кто он такой?

— Не знаешь? Это Чон Бончжа.

Его имя мужчины передавали из уст в уста, почитая как народного героя.