Книга Сводная не для меня, страница 83 – Тина Дорофеева

Непонимающе хлопаю глазами.

— Почему именно в июле?

— Потому что тебе исполнится восемнадцать.

Пожимает плечами, пока я стою с открытым ртом.

— Откуда ты?

Я точно ему не говорила, когда у меня день рождения.

Антон усмехается.

— Потому что я все про тебя узнал. Все, что можно. Ну и кое-что, чего нельзя.

— Например?

Прищуриваюсь, но его смех говорит мне о том, что он просто меня подкалывает.

Толкаю его в бок, и тут же оказываюсь в крепких объятиях.

— Ты меня услышала? Мы вернемся к этому разговору, но и то, только чтобы ты приняла мысль, что никуда ты от меня не денешься, принцесса. Попалась.

— Что ты решил с мамой?

Все же спрашиваю и тут же чувствую, как вокруг талии смыкается стальная хватка.

Ему неприятна тема, но и я не собираюсь закрывать глаза на происходящее. Будто его мамы тут не было.

— Что ты хочешь услышать от меня?

Этот вопрос слегка шокирует. Но я заставляю себя продолжать разговор.

— Как я поняла, она приехала специально из другой страны. Не просто же чтобы поздороваться с тобой и вернуться обратно.

Антон подрагивающей рукой убирает упавшую на глаза челку.

— Она предложила мне поступить в университет в городе, куда она уехала.

Бам-с!

— Что? Ты думаешь это забавно?

Антон непонимающе смотрит на меня, а у меня словно земля из под ног уходит.

— О чем ты? Я серьезно, она позвала меня поступать в универ там.

— Я не об этом. Ты думаешь, что забавно предложить мне вот это все, а потом как ни в чем не бывало сказать про другой город?

Делаю рывок в попытке выдрать себя из рук Антона. Рязнов обхватывает меня за предплечья и слегка встряхивает, впиваясь колючим взглядом.

Сглатываю. Пытаюсь изобразить смелость, но от потемневших глаз сердце укатывается в район пяток.

— А может ты для начала дослушаешь меня и перестанешь додумывать? За меня, опять же.

Выдыхаю. Крепко сжимаю губы и неохотно киваю.

Он прав, нельзя вот так накручивать, а то и до скандала дойдем.

— Благодарю, – Антон наклоняет голову, изучая мое лицо, – я послал их к черту и сказал, чтобы перестали из меня делать мячик, который можно пинать туда-сюда.

— А…

— А на вопрос, что я собрался делать, я сказал, что могу после окончания школы вообще свалить на все четыре стороны, и женюсь на тебе.

Из меня вырывается смешок.

— И как? Они обрадовались?

— Да плевать я хотел, – Антон запрокидывает голову и протяжно выдыхает, – я пытался быть хорошем, но и топать себя и никому не позволю.

Его шея напряжена, и я вижу каждую венку. Кадык нервно дергается. Глаза прикрыты.

У меня с глаз будто бы очки падают. Я вижу, как ему сейчас нелегко. Скорее всего, с родителями он тоже неслабо сцепился, а тут я ещё добавляю.

— Антош, – голос садится от окутавшей вины.

Он распахивает глаза и опускает голову, пронзая синевой взгляда.

Молчаливо ждет, что я ему скажу дальше. А я пытаюсь сдержать дрожь в теле.

— Прости, – непослушные губы выдают только еле разборчивый шепот, – я не хотела тебя доводить. И превращать сейчас все это в какой-то скандал из мыльной оперы.

Он усмехается. Любуюсь его улыбкой, и сердце совершает кульбиты.

Он рядом, он не послал меня и не ушел. Стоит напротив, внимательно смотря в глаза.

— Целуй.

В глаза Антона возвращается веселый блеск, и я могу облегченно выдохнуть. Гроза миновала. Я на это надеюсь.