Книга Приглашение, страница 52 – Мира Форст

— Вот вы где, − нарушила их уединение Анастасия.

Тося улыбаться перестала и неожиданно спряталась за Гюнтера.

— Она что, боится тебя? — удивился Гюнтер.

У Насти на глазах появились слезы.

— Врач говорит, ее пугает наше сходство.

Всю дорогу, пока они втроем спускались с горы, Тося жалась к Гюнтеру, доверчиво вложив свою маленькую ладошку в его огромную ручищу. Он гладил ее пальчики, умирая от жалости к ней и своего отчаяния.

— На материке убита группа эквивалентов, − сообщил ему куратор в тот же день. — Их задание не выполнено. Мы отправляем тебя с Максом и Кириллом. Доделаете работу погибших, все подчистите и заберете тела.

Гюнтер чертыхнулся. Придется оставить Тосю на несколько дней и уехать, не попрощавшись. Попросил дядю присмотреть за девушкой.

— Не волнуйся. У меня всю неделю дежурства там. Присмотрю, − пообещал Александр.

Вернулся через четыре дня. Домой не стал заходить. Выкатил с подземной парковки свой байк и сразу рванул на остров некондиционных. О выполнении задания доложатся парни, ему не обязательно присутствовать. Он кое-что купил для Тоси на материке — игрушечного альпака, надеялся, ей понравится.

— Твоя Тося на крыше здания, того, где граффити рисуют, − встретил Александр племянника на посту дежурной охраны у съезда с моста. — Второй день уже туда забирается. Я и Насте сказал. Она тоже там.

— Настя?

— Да. Приехала совсем недавно.

Гюнтер припарковал мотоцикл неподалеку от нужного здания. Вокруг него бесцельно бродили некондиционные эквиваленты, или заходили внутрь. Там для них организовали что-то вроде тематических комнат, где они могли рисовать, клеить, шить, лепить, собирать оригами или складывать мозаику.

Он направился к лестнице, ведущей на крышу. Через открытую дверь видел, как над большим мозаичным полотном трудится малышня совместно со взрослыми некондиционными. Они мешали друг другу и складывали все неправильно, но их это не беспокоило.

Гюнтер не мог объяснить почему, но, когда добрался до лестницы, он побежал, перепрыгивая через ступеньки.

— А где Тося?

Настя обернулась на его голос. Он не узнал ее. Лицо, словно застывшая маска.

— Она… она, там, − указала дрожащей рукой куда-то вниз.

Сломанное тело Тоси безжизненно распласталось на асфальте. Гюнтер смотрел на кровь, заполняющую все пространство вокруг мертвой девушки, к которой со всех сторон уже бежали какие-то люди.

Игрушечный альпак выпал из его рук, да так и остался на крыше. Позже его заберет пятилетняя девочка — некондиционный эквивалент. Она любит альпак и ей очень понравится найденная игрушка.

Гюнтер обернулся к Анастасии. Та отшатнулась. Таким страшным было его лицо. Зверь. Настоящий зверь.

— Это ты сделала?

От него исходила настолько осязаемая угроза, что Настя попятилась, оступилась, упала.

— Она сама спрыгнула, − прошептала девушка, заливаясь слезами.

Взгляд Гюнтера выхватил рисунок граффити, на него упала Анастасия. Радуга. Та самая радуга, которую он и Тося нарисовали в их самые счастливые дни.

У Александра был ключ от квартиры Гюнтера. Вот уже третий день его племянник лежал на диване, погруженный в свои мысли. И это было хуже, чем, когда он громил свой дом или прикладывался к бутылке. Так он хотя бы выражал свои эмоции и выплескивал ярость. А сейчас, не понять, что у него на уме. Александр приносил еду и сам ее съедал, Гюнтер ни к одному блюду не притрагивался. Единственное, что сделал племянник за эти дни, состриг волосы и с помощью краски вернул свойственный им темный цвет.