Книга Неуязвимые, страница 77 – Мира Форст

— Ева, где Форест? – спросила Наталья.

— Я не догнала его. Он убежал. На улице темно и мой Форест черный. Я звала его, но он не откликается, – навзрыд плакала Ева.

— На улице все трясет и мне показалось, что вдалеке видна лава, − прижимал к себе плачущую девушку Илья.

— Бежим! – скомандовал Олег.

— А мой кот? Я не могу уйти без него, − плакала Ева.

— Ева, милая, мы не можем остаться, иначе погибнем. А Форест найдет себе убежище, − успокаивал Илья свою девушку.

Пока мы бежали до лодок, тряска под ногами лишь усиливалась. А за спинами, правда еще на значительном расстоянии, змеилась огненная всепожирающая вулканическая лава. «Как там говорил Ярослав, шестьсот километров? Но почему тогда мы ее видим?», − паникой проносилось в моей голове.

— А если землетрясение вызовет волну на реке? – вдруг пришло мне в голову.

— Камилла, у нас есть спасательные жилеты. Ангара не очень широкая, мы выплывем на берег, − уверенно произнес Ярослав, успокаивая разом всех взволнованных женщин.

Я поняла, что моя нервозность может передаться и Костику. Поэтому жилет я ему застегивала с улыбкой на губах.

— А тигренку можно одеть жилет? – показал брат на свою уже слегка потрепанную игрушку.

— Такого маленького у нас нет. Но ты ведь будешь крепко его держать.

— Да. Не хочу, чтобы тигренок утонул.

— Не утонет, − потрепал Ярослав Костю по отросшим вихрам. И добавил:

— Никто не утонет.

Каждый занял свое место в лодке согласно тому, как мы распределили еще накануне.

Археоптерикс сначала попытался пристроиться рядом с Натальей, но из-за тесноты в лодке, ему стало неудобно. Тогда он забрался в кошачью переноску, которую Ева держала на коленях, смешно засунув в нее часть туловища, остальную пристроив на коленях Милы. Девушки не стали прогонять его. Ева все еще плакала. Мы до последнего надеялись, что кот выбежит за нами к берегу. Но как ни звали его, как ни всматривались в предрассветные улицы, кот не появился. К Форесту все привыкли. С ним игрались дети. К тому же он не единожды спасал нас от опасности. Кота было искренне жаль. Оставалось лишь верить, что он выживет и приспособиться к самостоятельному существованию.

По реке мы плыли четыре дня, приставая к берегу для отдыха и на ночлег. Хорошо, что еще в Иркутске, помимо жилетов, в одном из катеров обнаружился пакет с матерчатыми перчатками. Без этих перчаток ладони гребцов превратились бы в одну сплошную мозоль.

Вопреки опасениям Милы, наши лодки нигде не перевернулись, мы нигде не свалились в водопад и не наткнулись на камни, преодолевая пороги. Зато мы столкнулись кое с чем необычным.

— Смотрите-смотрите! Кит! – восторженно закричала Вика, в первый же день речного путешествия.

— В реках не водятся киты.

— Папа, но там точно кто-то большой. Я видела.

— Мы видели мамонта. И этот… крылатый с нами. Не удивлюсь, что и в реке тоже появилось какое-нибудь ископаемое, − перестал грести Филипп.

Мы напряженно всматривались в ту сторону, куда показывала девочка.

Всплеск. С одной стороны лодки. С другой. Но пока никого не видно. От страха я не могла вдохнуть, что только усиливало мою панику. Я посильнее сжала руку Костика, таким образом пытаясь вернуть себе самообладание. Ярослав погладил меня по коленке.

— Спасибо, − едва слышно прошептала я ему, ощущая, как напряжение немного отпускает.