Книга Сойти с ума, страница 43 – Мира Форст

— Здорово! — обрадовалась Бригитта такой возможности не болеть.

— А теперь представь, сколько за такое чудо готовы платить те, у кого есть чем платить.

— Вы продаете цветы, − догадалась графиня Янссен.

— Редко, − удивил Доббин. — Только когда заканчиваются деньги. Волшебные растения чуют ложь, по-другому я и не знаю, как это еще назвать. Я как-то взял такой цветок, думал себе монет припасти, так лепестки почернели и опали. А когда вынес на продажу, чтоб скаженным всего купить, так с ним все путем было.

— Интересно, − задумалась Бригитта над таким чудным явлением.

— Последняя продажа два года назад состоялась. Деньжат месяца на три осталось. Надо нового покупателя искать. Присматриваемся уже к знахарям разным. В прошлый раз псевдомагу одному продали, а еще раньше богатею из родовитых. Тут ведь осторожность требуется, не ко всякому богачу с таким предложением и соваться стоит. Могут королю сдать или выследить.

— У меня есть украшения с собой. Можешь их продать. Они дорого стоят, а подозрений не вызовут, − предложила Бригитта.

— Ну, если тебе не жалко.

— Совсем не жалко, − решила пустить девушка подарок генерала Волфуорта на благие цели.

— Доббин, расскажи, как ты попал сюда и почему принимаешь такое участие в скаженных? − попросила она.

Модсли совсем не прочь был поболтать с хорошенькой девушкой, потому обстоятельно выложил Бригитте всю информацию о себе и об устройстве поселения.

— Мне ведь виселица грозила за разбойные нападения на купеческие лавки, − честно признался он. — Я сразу согласился таблеточку безумия принять, когда ко мне в распределитель старик один пожаловал с таким предложением. Хитрый лис, знал, что у меня награбленное добро схоронено. Мы с ним обмен и совершили, я ему место тайника выдал, а он мне таблетку дал.

— Доббин, − прервала его повествование графиня, − а как тебя защитная преграда на мосту пропустила?

— Признаться, я сам тогда удивился. Как на преграду при переходе через разлом наткнулся, струхнул сильно. Но все же прошел. Есть у меня мыслишка одна на сей счет. Думаю, лес иногда пропускает самозванцев для того, чтобы мы помогали выживать скаженным. Ведь иначе пропадут тут свихнутые, если им быт не организовать.

— Дома в поселке ты строил?

— Нет, что ты. Они уже до меня тут стояли. Я теперь только с ремонтами помогаю при необходимости. В поселке, на день моего появления в нем, пять десятков скаженных проживали и один нормальный дядька среди них. Он-то и обрисовал весь расклад. К лазу привел, объяснил, как капибар с помощью сон-цветка легко с фермерских дворов уволакивать. Можно сказать, я у него эстафету принял за скаженными приглядывать. Потом год за годом еще двое ребят объявились, таких же, как мы с тобой. Стали подсоблять здорово.

— А куда делся твой предшественник? — полюбопытствовала Бригитта.

— Затрудняюсь ответить, − выдал Доббин. — Ушел однажды и не вернулся. В этом лесу нет правильных дорог. Думаешь, что по знакомой тропинке идешь, а она совсем в другое место выводит.

— У него не было компаса?

— Был.

— Может, он просто покинул Скаженный лес, раз ход имеется? — предположила Бригитта.

— Возможно и так, − не стал отрицать подобного варианта Доббин Модсли.

— Почему ты не уходишь?

— Не хочу, − признал помощник скаженных. — Тут мой дом теперь. И, думаю, предшественник мой тоже не ушел. Любил он лес.