Книга Сойти с ума, страница 52 – Мира Форст

— А то! Я тут самый молодой, − подбоченился виновник ночного переполоха.

— Оно и видно, − подполз Чарон к выкопанной медведем яме и быстрым движением достал из нее малахитовый цветок с желтой сердцевиной.

Побежал с вытянутым в руке цветком. Геральд и пчелы ринулись за ним. Старик указал верное направление, за нужным домом действительно была обустроена пасека с десятком ульев. Чарон отрывал цветочные лепестки и по одному забрасывал их в деревянные ящики с плоскими крышами. Жужжащий рой всего за несколько секунд исчез с глаз долой.

— Вождь, ты хорошо придумал с цветком-то, − показался на горизонте Хемери. А за ним и вся компания взбудораженных поселенцев. — Теперь Геральд может ульи хоть каждый день переворачивать.

— Все по домам. Спать, − велел Волфуорт. Его изрядно утомила вся эта нелепая кутерьма, и он сам торопился лечь обратно в кровать.

Неожиданно герцог кое-что увидел. Один из скаженных направлялся к дому Бригитты. Чарон вспомнил молодого мужчину с густой копной темно-каштановых длинных волос, широким носом и в заляпанной красками куртке. Сейчас рядом с ним ступал тигр. Не взрослый, но уже и не совсем тигренок.

— Значит, ты тут не один хищник? — стряхнул герцог снег с носа медведя.

Лорик мотнул своей крепкой головищей, как будто чего понимал.

— А зачем он к ней ночью идет? — напрягся Волфуорт и тоже поспешил к дому Бригитты. Надеялся, что при необходимости тигра возьмет на себя берложник.

Дом Бригитты находился чуть в стороне, вероятно, оттого девушка ничего не слышала и не участвовала в ночном приключении.

Она впустила мужчину. Полосатый зверь остался на улице. Постоял немного, затем принялся рыть снег.

Чарон перешел на бег. В груди непонятно пекло, скручивало и посылало сигналы ревности в мозг. Какое отвратительное чувство! Он ненавидел девчонку за то, что ему довелось испытать подобное.

Лорик присоединился к затее полосатого. Прекрасно. Странные хищники явно знакомы. Герцог толкнул незапертую дверь и ввалился в небольшую прихожую, где сразу и наткнулся на парочку.

Сонная Бригитта слушала стенания гостя об отсутствии вдохновения.

— Понимаешь, уже ночь на исходе, а в голове ни одного образа, − донеслось до ушей Чарона.

— Саян, ты обязательно что-нибудь придумаешь, я не сомневаюсь, − подбодрила художника девушка и только теперь заметила герцога.

Его появление настолько изумило графиню, что у нее даже случился горловой спазм. Гневные слова так и не слетели с языка.

А Волфуорт немного успокоился.

— Ты зачем ночью графиню беспокоишь? — свел он брови и грозно глянул на Саяна.

Тот нисколько не испугался строгого тона, казалось, художник и не понял, о чем спрашивает Чарон. Лицо его засветилось радостью.

— Вождь! Точно! Вот оно! Я напишу портрет вождя и дамы его сердца! — воскликнул Саян. — Бригитта, я еще ни разу не писал портрета! Мне надо бежать! Юки! — позвал гений живописи свою полосатую зверюгу и умчался прочь.

— Представляю, что он там напишет, − проворчал герцог.

— Саян очень талантливый художник, − вернулся к девушке голос. — Это он дома раскрашивает и пейзажи необычные пишет.

— Но портретов-то еще не писал. Он сам только что сказал. И вообще, Бригитта, я понимаю, художник делится с тобой своими идеями, но он все-таки мужчина.

Она непонимающе уставилась на него.