Книга Музей неприятностей, страница 48 – Мира Форст

— Но ведь Дэймону понравилось? – спросила бестия лукаво.

— Ему нет. А вот герцог Холиус остался под впечатлением, − проворчала я, вспоминая недовольство первого и интерес второго. – Кстати, девушки из боевой группы Дэймона готовы купить твой эксклюзив втридорога, но боятся, что ты откажешься продать.

— Не откажусь. А почему боятся?

— Считают, что ты слишком ревнуешь Дэймона.

— Это только видимость, − отмахнулась Марго, − не хочу, чтобы кто-то заподозрил мой интерес к другому. А показная ревность к собственному жениху отличное прикрытие.

— Марго, остальные комплекты спортивной формы, которые ты мне подарила, тоже с подвохом? – строго спросила я.

— Тебе придется их примерить, чтобы узнать, − очаровательно улыбнулась она.

— Учти, если я опять отличусь на тренировке, свой гнев Дэймон будет срывать на тебе. Я его предупредила, что это была твоя идея.

— Ладно-ладно, − согласилась Марго. – Ты все еще хочешь узнать, как быстро добраться до туннелей?

— Говори уже, − решила больше не возвращаться я к злосчастной теме спортивной формы.

— Драконы долетают до переходов меньше чем за два часа. Те, у кого крыльев нет, в долины не суются. Но, если очень надо, просят подбросить знакомых драконов, либо заказывают услугу драконьей доставки к туннелю через уже знакомый тебе ящик заказов.

— И как? Я должна буду забраться крылатому на спину?

— Можешь попробовать, конечно. Но, скорее всего, ты попросту свалишься. Да и вряд ли какому дракону понравится, когда к нему на спину лезут.

— Неужели в лапах? – изумилась я.

Не хотелось бы мне повторения таких полетов, какие были у меня сегодня. Причем таскали меня над одним единственным полем. А до туннеля еще непонятно над какой местностью лететь. Да и страшно, что драконьи когти того и гляди поранят.

— На самом деле пассажиров перевозят в резиновых клетках, − пояснила Марго. − Дракон держит ее в лапах за специальную подвеску. Аглая, не пугайся. Падения случаются очень редко, и никто еще не умер. При падении клетка отпружинивает от земли, не позволяя человеку разбиться.

— Ясно. Но все равно страшно. Я могу, к примеру, упасть не на землю, а в воду и утонуть.

— Не утонешь. Прутья можно раздвинуть и выбраться наружу.

— Спасибо, дорогая, утешила.

Мы одновременно с ней прыснули.

Как же здорово, когда у тебя есть такая замечательная подруга!

— Аглая, я с тигренком приду. Ты свою страшилищу приструни, чтобы она моему фамильяру слушать мысли Вилса обо мне не мешала.

— Мотю несложно отвлечь. Запрем ее на кухне наедине с продуктами. Не такая она и страшилища, кстати.

— Ты просто уже привыкла к ней.

— Может и так. Марго, все забываю спросить, почему ты захотела фамильяра тигра? Он хотя и тигренок, но все равно большой слишком. Я заметила, спрос в основном на маленьких милашек. Одна моя Мотя только исключением была.

— Из-за Вилса, − призналась драконница. – Вилс любит тигров. В долине Ледников водятся белые тигры. Ну, знаешь, такие, как белые медведи.

— Сильно же ты влюбилась в правителя белых драконов, Марго, − заметила я.

— А ты разве в Дэймона нет?

— Судя по тому, что согласна идти на следующую убийственную тренировку, то – да, влюбилась без памяти.

Дома меня ждало письмо от Степаниды Леонидовны.

— Как все прошло? – спросила Филимона, разрывая конверт.