Книга Встретимся в Блэгхолле, страница 56 – Мира Форст

— Любава? – слабо выдавила она. – Но как, зачем?

— Хотела нас с тобой в нищете оставить, − с осуждением сказал папенька, − вот зачем она весь спектакль со своим суицидом разыграла.

— Слышите? – уловила Люба знакомый скрип.

Она так обрадовалась этому звуку, что даже заулыбалась, несмотря на строгий взгляд Констанда и полуобморочный Ириды.

— Яшкина баба идет, − буркнул Констанд.

— Надо спуститься к ней, − не дожидаясь согласия родителей, помчалась Люба на первый этаж.

Женщине с мужчиной ничего другого не оставалось, как последовать за ней.

На Соне красовались брюки в черно-серую клетку, такой же жилет и в тон костюму стильное кепи.

Люба едва сдержалась, чтобы не броситься железной леди на шею.

— Сонька, ты чего пришла? – недовольно спросил подоспевший папочка.

— Записка для Любавы Солнцевой от графа Брюса, − безэмоционально сообщила модная старушка и протянула Любе лист бумаги.

«Жду к обеду. Но прежде зайди в сыск. Тебя там тоже ждут, чтобы закрыть дело», − прочла она вслух.

— Граф только тебя пригласил? – заглянул ей через плечо отец, чтобы убедиться в содержании записки. – Жаль. Слышал, у него в обсерватории первоклассную утку подают. Любава, попросишь звездочета завернуть тебе утиную грудку с собой. Я попробую.

— Слушаюсь, − придурковато ответила ему Люба.

— Вот и умница, − не заметил иронии Констанд. – Значит так, посетишь сыск, отобедаешь у графа и приступай к своим обязанностям. Завтра вечером приедешь к нам с матерью, доложишься. Желательно к этому времени с Артуро помириться, такого зятя упускать нельзя. Будешь в городе, не забудь Сенито позвать, пусть его маги начнут восстанавливать Блэгхолл. И по старой дружбе пусть денег с тебя не берет или на рассрочку согласится. Сейчас платить нечем. Надеюсь, фауна уже сегодня возвращаться начнет, почуют хозяйку.

— А почему вы сами Сенито не звали? – решила уточнить Люба, так как этот вопрос ей был пока непонятен. Если она маг укротитель, то почему поместье-то разрушилось?

— Любава, ты что? – неожиданно подала голос маменька. – Блэгхолл без тебя не может существовать. Здесь все живо, пока ты на этой земле живешь.

— Да и твари твои каменные разве пустят кого, пока ты из себя мертвую изображаешь? – подхватил отец.

— Да это я так, случайно спросила, − пошла на попятный Люба.

— Любава, чтоб больше никаких выкрутасов, − погрозил ей отец. – Через две недели марафон, ты со зверьем должна быть в строю!

— Непременно, − заверила его Люба.

Час от часу не легче. Только марафона ей не хватало. Она что, участвует в забеге? Вместе со зверьем?

— Ирида, мы уходим, − позвал жену Констанд и первым направился на выход.

Маменька глянула на нее с каким-то отчаянием и тоже ушла.

Бьет он ее что ли? – подумала Люба.

Даже не обняли ее. Любящие родители называется. Да она сама бы на месте Любавы стрекоча дала отсюда. Как все-таки хорошо ей жилось с одной бабушкой!

— Яков Вилимович свою лошадь с телегой прислал, − сказала Соня. – Велел тебя до сыска подбросить.

— Спасибо. Ты подожди меня, я переоденусь.

Соньке было все равно, ждать или идти, поэтому она ничего не ответила.

Люба вновь поднялась в мансарду. На этот раз для того, чтобы сменить платье, испорченное при падении из-за вредной горгульи.

А та уже заглядывала в комнату через окно.