Книга Бесплодная истинная для распутного дракона, страница 11 – Леона Эльсворд

— Ты пожалеешь об этом, Элира!

Я не обернулась.

Карета уже стояла у бокового выхода, но я не могла уехать из столицы вот так - с пустыми руками и тяжелым сердцем. Ключ матери все еще лежал у меня на ладони, холодный и тяжелый, словно напоминал, что я еще не забрала все, что мне причитается.

Я повернулась к Миле, которая терпеливо ждала в коридоре.

— Мила, найди управляющего или любого старшего слугу, кто еще остался верен моей матери. Скажи, что леди Элира Сильвервейн требует немедленно собрать всех свободных людей. Нам нужно упаковать все ценное из покоев матери и из сокровищницы. Все, что можно увезти: документы, книги, драгоценности, платья. Пусть готовят несколько больших сундуков и крепкую охрану для перевозки. Я заплачу вдвое больше обычного.

Мила широко раскрыла глаза, но быстро кивнула.

— Да, миледи. Я все сделаю.

— И скажи им, что времени мало. Мы должны закончить до рассвета. Я не собираюсь оставлять здесь ничего, что принадлежит мне по праву.

Когда Мила ушла выполнять поручение, я вернулась в гардеробную матери. Отодвинула гобелен, вставила ключ и открыла первую тайную комнату. Забрала папку с документами на земли Ольцега - карту, завещание, все права на поля, леса, горы и дом на побережье. Все это аккуратно уложила в кожаную сумку.

Но что-то внутри тянуло дальше.

Я подошла к дальней стене и приложила ладонь к серебристому узору в форме переплетенных лунных фаз. Камень под моей рукой потеплел. Светящиеся линии побежали по кладке, раздался тихий мелодичный гул, и тяжелая каменная плита медленно отъехала в сторону, открывая проход во вторую, гораздо более просторную сокровищницу.

Я шагнула внутрь и замерла.

Свет магических кристаллов здесь был мягким, но ярким - золотисто-серебряным, словно сама луна решила осветить это место только для меня. Комната оказалась огромной. Стены от пола до потолка были заставлены полками, нишами и тяжелыми сундуками.

Золото лежало не грубыми слитками, а в виде настоящих произведений искусства: изящные кубки с гравировкой, тонкие статуэтки неизвестных существ, ожерелья, браслеты и диадемы, в камнях которых плавал живой лунный свет. Рядом висели платья - таких я никогда не видела даже при дворе. Ткань переливалась, словно сотканная из звезд и тумана: серебристый шелк с вышитыми созвездиями, которые, казалось, двигались при каждом движении воздуха, бархат цвета глубокого ночного неба, украшенный жемчугом и лунными камнями.

Драгоценности были высочайшего качества - чистые, совершенные, явно созданные не для драконьего двора с его золотой пышностью, а для кого-то другого. Более древнего. Более утонченного.

На отдельной длинной полке стояли книги. Толстые тома в кожаных и серебряных переплетах. Символы на обложках были плавными, изящными, совершенно незнакомыми - ни драконий, ни человеческий алфавит. Я провела пальцами по корешкам, чувствуя легкое покалывание в кончиках пальцев.

А в самом центре нижней полки, словно специально оставленный для меня, лежал небольшой дневник в темно-синем бархатном переплете. На обложке - серебряная луна в фазе полнолуния.

Я взяла его дрожащими руками и открыла последнюю запись. Почерк матери был изящным, но уже заметно ослабевшим.

«Моя любимая Элира,

Если ты читаешь эти строки, значит, ты нашла сокровищницу и, главное, - правду.