Книга Бесплодная истинная для распутного дракона, страница 74 – Леона Эльсворд

— Ты что-то знаешь.

— Я подозреваю.

— Говори.

Он впервые выглядел не наглым, а осторожным.

— Веларис - древняя кровь. Ее могли спрятать не только под чужими именами. Иногда дети выживших родов растут рядом друг с другом, даже не зная почему их тянет вместе. Судьба любит узлы.

— Сар.

— Я не уверен, - отрезал он. - А если скажу раньше времени и ошибусь, ты начнешь строить надежды на песке. Сначала Эйра. Сначала принц. Потом брат.

Меня раздражало, что он прав.

— Хорошо.

— Но прислушивайся к крови, - добавил он тише. - Если встретишь его, узнаешь не умом.

Я коснулась груди.

— Сердцем?

— Кровью. Сердце у людей слишком часто путает любовь, страх и привязанность.

— Невыносимый лис.

— Зато полезный.

На рассвете Ольцег провожал нас в порт. Не весь остров, конечно.

Люди стояли вдоль дороги от поместья до моста. Кто-то принес цветы. Кто-то хлеб. Кто-то маленькие лунные ленты, привязанные к ветвям вдоль пути.

Я ехала верхом на Нэе. Рядом - Роэн. За нами - Мила, Агата, Талия, Торин, Брам и несколько слуг с дарами.

Агата выглядела так, что люди оборачивались ей вслед.

Мила выбрала для нее дорожное платье глубокого винного цвета и темный плащ с серебряной застежкой. Волосы Агаты были заплетены в свободную косу, но несколько мягких прядей обрамляли лицо. Она держалась прямо, спокойно, уже не опуская взгляд.

Когда мы проезжали мимо группы рыбаков, один молодой парень снял шапку и засмотрелся на нее слишком откровенно.

Роэн повернул голову.

Одного взгляда хватило, чтобы парень резко заинтересовался собственными сапогами.

Сар, сидевший у меня в сумке, довольно прошептал:

— Верный пес защищает свое.

— Ты невозможен.

— Я великолепен.

У старого моста я остановилась. И вспомнила Эрика. Туман. Его руки. Теперь я возвращалась к нему. Не как женщина, которую он оставил.

Не как любовница, которую можно спрятать от двора.

А как та, кто несет под сердцем его ребенка и плывет в чужое королевство за правдой.

Я коснулась живота.

Пока ничего не чувствовала.

В порту нас ждала «Серая чайка» капитана Мирт.

Корабль был быстрым, узким, с темными парусами. Не роскошная «Лунная тень». Не принцев корабль. Этот был создан для скорости, и опасных берегов.

Мирт стояла у трапа.

— Леди Ольцега.

— Капитан.

Она окинула взглядом нашу группу.

— Больше людей, чем договаривались.

— Больше золота, чем договаривались.

— Тогда претензий нет.

Погрузка прошла быстро. Дары уложили в защищенную каюту. Лунные алмазы - в отдельный сундук с защитной печатью дома. Документы - у Милы. Лекарства Талии - рядом с моей каютой. Сар заявил, что его личное место - «там, где меньше всего людей и больше всего подушек».

Перед самым отплытием Марен подошел ко мне. Старый дворецкий держал в руках маленький серебряный медальон.

— Госпожа. Возьмите.

— Что это?

— Знак дома. Если вам придется доказывать, что вы не просто владелица острова, он отзовется на вашу кровь.

Я взяла медальон. Он был теплым.

— Берегите дом.

Марен поклонился.

— Дом бережет нас. А мы будем беречь его.

Вейла и Ниоль стояли рядом с Линой. Ниоль махала зайцем.

— Привези принца! - снова крикнула она.

Несколько местных засмеялись. Я покраснела, но помохала крохе в ответ.

— Буду стараться.

Сар пробормотал:

— Лучше бы она кричала про дипломатический успех. Но нет, сразу принца.