Книга Попаданка. Седьмая казнь дракона, страница 52 – Лилия Тимолаева

— Помогало?

— Обычно мы выбирались через окно.

Я усмехнулась, представив строгую Руту, которую видела в зеркале, рядом с Сайласом до цепей и казней.

— Она была другой?

— До Мерода — да. Упрямая, уверенная, неспособная признать ошибку до тех пор, пока не исправит её собственными руками.

— Похоже, часть характера осталась в теле.

— У вас меньше терпения к чужим приказам.

— Считаю это преимуществом.

— Безусловно.

Проход вывел нас к круглой площадке. В центре находился пересохший источник. Над ним в потолке открывалась шахта, но вместо дневного света оттуда проникало багровое сияние чёрного солнца.

Сайлас подошёл к краю чаши.

— Здесь Эстера нашла первые изменения времени. Вода иногда повторяла падение капли дважды.

— Мерод уже ставил опыты?

— Он утверждал, что изучает нарушения. Мы поверили.

— Даже ты?

— Я видел человека, посвятившего жизнь защите города. Не заметил момент, когда защита стала для него оправданием власти.

Он говорил о себе без снисхождения. Я знала, как легко объяснить прежнюю ошибку недостатком сведений, но Сайлас принимал собственную долю ответственности.

— Что произошло с Эстерой? — спросила я.

Красное свечение на его лице стало глубже.

— Она обнаружила, что Мерод направляет силу каналов в чёрное солнце. Хотела остановить испытание и созвать Совет. В ту ночь меня вызвали к западной стене якобы из-за прорыва договора.

— Ложный приказ?

— С печатью Руты.

— Она его отправила?

— Нет. Позже мы нашли форму, на которой Мерод копировал её знак.

Сайлас опустил взгляд на пустой источник.

— Когда я вернулся, Эстера была мертва. Семнадцать хранителей лежали в ритуальном зале. Мерод заявил, что видел меня над телом королевы.

— Но ты только вернулся.

— На моей одежде была её кровь.

Я невольно посмотрела на его руки.

— Как?

— У западной стены меня встретил раненый стражник. Я пытался помочь ему. Позже выяснилось, что кровь принадлежала Эстере. Мерод подготовил всё заранее.

— Рута поверила.

— Сначала — да.

В зеркале я видела публичный суд, где Мерод управлял её телом. До него, значит, существовал первый приговор — решение хранительницы связать подозреваемого.

— Она активировала первую печать, — продолжил Сайлас. — Не дала мне покинуть город и приказала закрыть нижние пути. Я пытался объяснить, но доказательства выглядели убедительно. Эстера была ей ближе всех.

— А потом Рута начала сомневаться.

— Слишком поздно для семнадцати хранителей и достаточно рано, чтобы Мерод ещё не закончил работу. Она проверила печать на ложном приказе, нашла подмену и пришла ко мне. К тому времени я уже не доверял ей.

— Но согласился помочь.

— Я доверял Эстере. Рута показала запись королевы, где та просила остановить чёрное солнце, если не успеет сама.

Мы прошли вокруг источника. За ним обнаружилась арка, закрытая каменной плитой. На поверхности виднелись два углубления: для клинка и ладони.

— Опять вместе, — сказала я.

— Ритуал любит повторения.

Я вставила клинок. Сайлас положил ладонь во второе углубление. Золотой и красный свет встретились в центре, но плита не открылась.

— Не хватает намерения, — произнёс он.

— Какого?

— При первом знаке мы хотели сохранить след. Здесь нужно выбрать, зачем открываем дверь.

— Чтобы найти правду.

— Оба должны хотеть одного.

Я посмотрела на него.