Книга Попаданка. Седьмая казнь дракона, страница 57 – Лилия Тимолаева

Сайлас сделал шаг ко мне.

— Агата.

Моё имя прозвучало иначе. Без срочности, предупреждения и попытки вернуть из чужой памяти.

Он поднял руку и коснулся пряди у моего виска. Пальцы остановились рядом с белым шрамом, где прежде касался Мерод. Отвращения или страха не возникло. Я знала, кто находится передо мной, и сама позволила ему приблизиться.

Сайлас склонился.

Между нами оставалось одно движение.

Я чувствовала тепло его дыхания и видела золотые крапинки в бронзовых глазах. Мне хотелось сократить расстояние, перестать думать о петле, Руте и следующем рассвете. Желание было моим — или я очень хотела в это поверить.

В памяти вспыхнул балкон трёхсотлетней давности. Рута и Сайлас стояли над картой, их плечи соприкасались. Чужая надежда смешалась с моей.

Я отступила.

Сайлас сразу убрал руку.

В его лице появилась боль, но он не приблизился снова и не потребовал объяснений.

— Прости, — сказала я. — Я не уверена, что всё, что чувствую, принадлежит мне. Тело помнит Руту. Зеркало показало её доверие, её вину, её страх. Я не хочу однажды понять, что приняла её привязанность за свою.

— Рута не была в меня влюблена.

— Ты уверен?

— Да.

— А если она сама не понимала?

— Тогда это всё равно была её жизнь, не ваша.

Он выдержал паузу.

— Я не стану торопить вас.

— Ты злишься?

— На Руту, Мерода, петлю и себя прежнего. Список достаточно длинный, чтобы не добавлять туда вас за честный ответ.

От его спокойствия желание вернуться стало сильнее. Именно отсутствие давления помогло понять, что притяжение не исчезло вместе с чужим воспоминанием.

— Я хотела, — призналась я.

Сайлас чуть поднял бровь.

— Это должно облегчить положение?

— Не знаю.

— Мне тоже.

Несмотря на надвигающуюся гибель города, я улыбнулась. Он ответил короткой улыбкой и отступил на расстояние, которое выбрала я.

Сфера издала тонкий звон.

На её поверхности появились две трещины. Изнутри вытекал тёмный свет, поднимаясь к потолку.

— Пора уходить, — сказал Сайлас.

— Куда? Выход к архиву уже отрезан.

— В верхнем святилище есть камера, которая сохраняется дольше остальных помещений. Там я встречал конец дня до того, как казнь перенесли на площадь.

— Ты предлагаешь вернуться в свою камеру?

— Она ближе всего к точке рассвета. Возможно, мы увидим, как меняются новые цепи.

— И найдём способ обойти их утром.

Он направился к дальней арке. Я последовала за ним.

Проход поднимался спиралью. Серебряные линии на стенах загорались при приближении Сайласа и гасли за моей спиной. Вскоре впереди появилась дверь с солнечными знаками.

Та самая камера, куда я пришла в шестом повторении.

Сайлас остановился перед ней. Обычный меч в его руке дрогнул лишь однажды.

Я встала рядом и приложила ритуальный клинок к замку. Дверь открылась.

Внутри находились цепи, закреплённые в стенах. Сейчас они лежали на полу, но золотые символы уже пробуждались, готовясь вернуть пленника к следующему рассвету.

Сайлас вошёл.

Я осталась у порога, потому что тело Руты помнило, как закрывало эту дверь.

— Я не запру тебя, — сказала я.

— Знаю.

— Откуда?

— Вы всегда предупреждаете перед тем, как сделать что-то неприятное.

— Сомнительное основание для доверия.

— Другого у нас нет.

Я вошла и оставила дверь открытой.

На дальней стене проступил общий знак закрытого глаза. Под ним появилась строка из последнего воспоминания: