Книга (Не)забытая жена генерала драконов. Я твоё спасение, страница 20 – Эля Шайвел

Ведь он, швырнув тот кувшин, однозначно остановил поток ругани в мою сторону из уст Ванессы. То есть, заступился за меня. Он уже тоже понял, что я теперь его целительница или он это сделал по другим причинам?! — Ваш чай, генерал Хартрат, — ядовитым тоном процедила Ванесса. — В следующий раз пошлите за ним свою… целительницу, раз уж она у вас появилась. Слово «целительница» противная дамочка чуть ли не выплюнула — настолько, видимо, хотела передать своё отношение ко мне. Лицо генерала исказила презрительная улыбка. Он резко покатился к дальней стене и демонстративно протянув руку, дёрнул за шнур, который висел в выемке. Ванессу снова перекосило, и, кроме того, широкий металлический браслет, надетый поверх платья на её правую руку, вспыхнул оранжевым светом, и на нём проступила надпись. Разумеется, я не удержалась и, вытянув шею, заглянула, что там написано. «Хартрат» — гласила надпись. Угу. Видимо, это какое-то магическое приспособление по «вызову» этой Ванессы. Генерал снова дёрнул за шнур, и мисс Вайнер разве что не оскалилась. Думаю, будь у неё власть, она бы что-то злобное снова сказала или сделала. Но в этот раз она, гордо задрав подбородок, развернулась на месте и вышла. «Ну наконец-то эта гадюка ушла, — раздался в голове уже знакомый голос Хартрата. — Ты вроде чай хотела. Садись, надо поговорить о нашем...».

«...Поговорим о нашем дальнейшем будущем, раз уж мы теперь связаны магическим контрактом, — проговорил Хартрат. — Как ты уже наверняка поняла, оно будет совсем непростым. Ты должна уяснить правила, которых будешь придерживаться, чтобы будущее стало возможным». Дождавшись, пока мисс Вайнер выйдет из комнаты и закроет за собой дверь, я подошла к столику, на котором теперь стоял чайник, налила себе чашку и подняла выжидающий взгляд на генерала. Если мы заключили магический контракт, то мне нужно выстроить партнёрские отношения. И насколько я помню, последняя его тирада мою сторону тоже была весьма грубой, и спускать ему такой тон нельзя, иначе меня ждёт судьба Ванессы и я превращусь для него в такую же служанку, как мисс Вайнер. А меня это категорически не устраивает. А значит, придётся показать характер, но не вступая с ним в конфронтацию. Скорее, мне нужно убедиться, что ему наша связь ТОЖЕ важна, и важно, чтобы он сам это признал. Притом теперь у него есть власть над моим даром и телом, и мне нужно сразу понять, на что способен этот человек, которому я так безрассудно отдала «бразды правления». Прибегнет ли он к магии, чтобы принудить меня при первой же проблеме, или нет. И если да… то МОЁ будущее будет очень печальным и краткосрочным, но я должна это сразу узнать, потому что дальше будет только сложнее и опаснее, и мне нужно понять, такой ли человек этот генерал Эйдан Хартрат, каким я себе его представляла. Так что я, сидя напротив мужчины, сложила руки на груди и, ничего не говоря, повернула голову на правый бок и демонстративно уставилась на генерала. «Ну? Ты чего молчишь?», — хмуро спросил генерал. Я повернула голову на другой бок и продолжила молчать. «Ждёшь извинений?», — догадался генерал. Я повернула голову прямо. Движение получилось подобное кивку. Да, жду. Но вслух я этого не скажу. Хартрат тяжело вздохну: его грудь поднялась и опустилась, и он шумно выпустил воздух через нос и рот. «Все женщины одинаковы: чуть что — сразу извинения нужны, — проворчал мужчина. — Ладно, я был не прав. Груб. Признаю́. Хорошо?». «Нет, нехорошо. Это плохо, что вы себе такое позволяете», — мысленно ответила я сама себе, но вслух я решила продолжить молчать. «Ну что ты молчишь? Тоже онемела, как я? Ты слышишь меня вообще?», — в голосе генерала появились нотки беспокойства. Наконец-то. «Я уверен, что ты слышишь и упрямишься, — раздался мрачный мысленный голос генерала. — Я извинился и больше повторять этого не собираюсь. И если ты рассчитываешь всё ещё на сотрудничество, ты либо заговори, либо уходи вслед за Ванессой». Вот же противный. Ладно-о-о-о. Заговорю ли я? Нет. Я должна встать и уйти? Тоже нет. Во-первых, этим бы я выдала себя, и тогда бы генерал понял, что я его слышу, а я не хочу, чтобы он это знал пока что. Я хочу, чтобы он забеспокоился о том, что может потерять единственную ниточку, связывающую его с миром. А во-вторых, меня не так просто обидеть, и молчу я сейчас не из обиды, а потому что хочу, чтобы он понял, что мне не нравится, когда со мной общаются таким тоном. И это не обида вовсе, а элементарное самоуважение. «Ты правда меня не слышишь, что ли? — если бы генерал мог говорить, уверена, он бы повысил тон и прорычал эти слова. — Сиара!».