Книга Хозяйка Красного кладбища, страница 19 – Дарья Гущина

— По-моему, – Мстишка поставила сумку на стул и внимательно изучила потолок, – это твоя самая успешная практика работы с землёй, наговорами и половой тряпкой. Кого ждёшь?

— Понятия не имею, – я достала из шкафчика чашки. – Это Красное кого-то ждёт. Ну и я на всякий случай.

Прах, утреннюю посуду помыть не успела…

— А я-то думаю, отчего Красное такое нервное, – подруга нахмурилась. – Сколько дней?

— Четвёртый. По тому, как Ярь заметил. Я заметила только вчера вечером, – я бочком придвинулась к фонтанчику и заткнула чашу пробкой.

— Может, пусть папа послушает? – Мстишка зашуршала сумкой и загремела посудой. Обалденно запахло мясом с грибами. – Он всегда интересовался зовами и прощаниями, наловчился отличать одно от другого.

— Напишу, – я взяла тряпку, зелье и заскребла котелок из-под каши. – Или ты передай. Мне не только по поводу зова совет нужен.

— Что случилось? – встревожилась подруга.

Я коротко пересказала, заодно вымыв посуду.

— У нас тоже такое было, – удивила Мстишка. – Года два назад, ближе к осени. Точно так же испортилась вода, так же пробудилось около тридцати покойников в разных обителях. Мы всё Чёрное перерыли – ничего не нашли. Ты обитель животных не проверяла? Загляни после обеда или Яря отправь. У нас тогда испортилась вода в верхних фонтанах.

А до животных мои бравые беспокойники-то не дошли…

«Уже лечу», – свистнул Ярь.

— И ничего? – я расставила посуду на подвесной сушилке и повернулась, вытирая руки полотенцем.

— Ничего, – Мстишка покачала головой. – Ничего не нашли – ни на кладбище, ни в архивах, ни в памяти Черны. Проблемы с водой случились всего один раз – на одну ночь – и больше не повторялись. И за ними ничего другого не последовало. Так что, Рдянка, если это и подлость, то не только для тебя. Ну или, возможно, объявилась наша древняя неспокойница и головная боль – Гулёна. Сама знаешь, она то воду испортит, то плесень притащит, то защиту продырявит, когда с кладбища на кладбище прыгает… Есть садись.

Гулёна – да, вариант. Но если не только она…

— А чьи именно покойники просыпались? – меня тревожило, что проснулись только мои.

— Общие, Рдян. У нас нет деления на то, чьи. Они все наши. Но проснулись только свежие. Кто года три-четыре как спал.

«В верхних фонтанах обители животных вода грязная, – сообщил Ярь. – И с каким-то осадком. Ухожу на облёт остального».

Я села за стол и повторила вслух.

— Всё как у нас, – озабоченно подтвердила подруга, раскладывая вилки. – Папа сейчас отсыпается после города. Вечером передам. Два случая – уже точно не просто так. Кому-то мы, смотрители, оттоптали кое-что важное и нежное.

Мясо с грибами и овощами в горшочках пахло изумительно и таяло во рту. Я расправилась со своим обедом моментально. Мстишка глянула на меня и покачала головой:

— Приходи-ка ты к нам на ужин почаще, а?

— Зимой – да, – пообещала я, разливая чай. – Наверное.

— Всё стесняешься, – неодобрительно заметила подруга, выискивая в тушёных овощах грибы. – Не хочешь быть нам обузой. А мы же вообще-то ещё и родственники. Зовут – значит, приходи. Мама обижается, если ты вроде как «не можешь». Ну и что, что она с твоей матерью не ладила? Тебя она любит и всегда ждёт. Сколько раз это повторять?

— Не знаю, – я придвинула к ней чашку. – Сколько хочешь. Я себе некоторые вещи уже двадцать лет говорю – бесполезно. Не судьба.