Книга Ведьмин дар, страница 163 – Дарья Гущина

— Пока я не воспитаю приличных ведьм из твоихвнучек, – сухо ответила она. – И советую озаботиться этим вопросом в ближайшее же время. Ты, мягко говоря, уже не девочка.

Я страдальчески закатила глаза. Начинается…

Руся, вихрем пролетев над лестницей, истошно завопила:

— Папа! Эфе надо «уголь» прижечь! Да, прижечь, точно, я при бабушке выучила!.. Это она так сказала!..

Послышались встревоженные голоса, но слов я не разобрала. Вещая видящая склонилась ко мне и мягко поцеловала в лоб. И улыбнулась:

— Я умею предвидеть, Аделина. Я могу выбрать верный исход. Но делать мне не дано. Только ветром подтолкнуть в нужном направлении и наполнить воздухом лёгкие, когда не вздохнуть. Ты сделала, не я. И придумала ты, и сделала. Я лишь дополнила твой план и подправила. Слышишь?

— Угу, – я попыталась открыть глаза, но не вышло. Видать, мама что-то колданула вдогонку. Для души.

— Спи, – прошелестел ветер. – Отдыхай. Всё, Аделина. Всё.

А я вдруг поняла, что у меня дико чешется спина. И не просто чешется – огнём горит. А это значит… реально всё. И последняя мысль, забившаяся пойманной в ладони бабочкой: сделали.

Мы это сделали.

Эпилог

…Шептались сосны, рассказывая друг другу старые сказки.

О ведьме, что стоит на страже ворот,

об искушающем её демоне.

О суженом, что найдет любимую, сколько бы лет ни минуло.

О колесе времени, в котором всё повторяется вновь,

да о любви вечной.

Марина Суржевская «Тропами вереска»

И они тоже это сделали.

Группа поддержки, забери её дар, пользуясь моим беспомощным состоянием, избавила меня от проклятья палача предложенным Анатолем Михайловичем способом. И я, конечно, узнала обо всём последней. Когда проснулась в Ужкином доме – и в гипсе. Ладно, не в гипсе – в тугой эластичной повязке: за те сутки, что я спала, надо мной немного поколдовала наша целительница, значительно ускорив восстановительные процессы. Но легче от этого не стало.

— Не хочу есть! – упёрлась я, едва Ужка явилась с подносом. – И пить не буду! Опять снотворным напичкаешь! А я не хочу спать! Я хочу знать! И встать хочу! Где моя трость?

«Ящерка» находилась рядом с постелью в состоянии спячки, но воспользоваться ею мне не позволили. Ужка шустро поставила поднос на стол и перехватила трость.

— Лежать! – рявкнула она, нацелив её на меня очень знакомым жестом. – Молчи и слушай! Всю свою паскудную жизнь, сестрёнка, ты только и делала, что обманывала, манипулировала, пользовалась людьми. И не говори, что для общего дела и спасения ведьм с дарами, я тебя как облупленную знаю! Ты делала это из любви к искусству – потому что тебе нравилось врать и манипулировать! Ты и в клятву ради этого ввязалась – ради драйва, сцены и зрителей! И теперь ты получаешь по заслугам!

Я… я не нечисть, да, – я уронила челюсть.

А Ужка, раскрасневшись от гнева и выступления, махнула тростью и легонько ткнула «ящеркиной» головой в мою грудь, вынуждая лечь. И я смирно легла.

— И ещё будешь получать, – пригрозила она зловеще. – И примешь отдачу от судьбы со смирением раскаявшейся грешницы, без соплей, рёва и истерик. И без ругани, особенно со мной и Андреем. Напоминаю: в этом доме живёт ребёнок, который тебя обожает. И для которого ты – пример для подражания. Мысль ясна?

— Более чем, – покорно согласилась я.