Онлайн книга «Ведьмин дар»
|
Мне ему ответить было нечем. Вернее… Для этого следовало вернуться обратно, в себя, но не получалось. Я отчаянно цеплялась за его слова, чтобы не утонуть в окружающем мраке, а на большее меня не хватало. — Парень, ты хоть понимаешь, почему жив остался? – поддержал мои попытки второй голос, в котором я безошибочно опознала деда Назара. — Моя бабушка – мудрейшая женщина, – виноватый голос приятеля стал сухим и собранным. – Стребовала обещание беречь меня – и оно бережёт. Кстати, выжигание «угля» тоже спасает от одержимости, отрезая фантом от питания. И точно лишает его возможности убить кого-то, спасая себя. Да, Эф? — И это тоже, – дед Назар улыбнулся. – Деля ничего не делает по одной причине. Она с детства слишком ленива, чтобы шевелиться или рисковать ради одного результата. Верно, внучка? А теперь отдай. Отдай, говорю. Или положи. Осторожнее. Мозги ей вправлю. Видишь, не в себе девочка. И мне душевно дали подзатыльник. И второй. И третий. А на четвёртом я очнулась. Уставилась на две расплывающиеся и оттого кажущиеся совершенно одинаковыми физиономии и прошипела: — Убью!.. — Встань и попробуй, – усмехнулся дед Назар. – Обожаю твою технику. Видел? Десять ударов за десять секунд! – он восхищённо цокнул языком. – Сейчас так никто не умеет – это древняя и уникальная методика стародавних. Но боюсь, Аделинка, год-другой к работе ты будешь непригодная. Я вдохнула-выдохнула и пробормотала: — Но ты же меня вылечишь?.. — Ясно дело, – бодро отозвался дед и ласково ущипнул меня за щёку. – Мозги вправим, расслоившуюся душу соберём, поплывшую личность настроим… Не волнуйся. А ты думал, Илюша, одержимость – это выдрал и всё? Нет, это подселившегося выгнал – и всё. А она как ведьма души фантом с одержимостью сама сотворила. Из себя. Из своих качеств и больных эмоций. Накопила и отполировала заклятьями, слив в фантом всё самое нехорошее и сотворив из него подобие трости – для поддержки травмированного духа. И сделала это после нападения палача. Понимала, что в любой момент может сорваться или сломаться. Боялась подвести нас и рискнула последним. — Деда!.. – слабо возмутилась я, зажмурившись. — А почему фантом не видно? – профессионально заинтересовался Илья. – Ни тени, ни надрезов, ни «прищепок» или «зажимов»… — Маскировочная иллюзия, – охотно отозвался дед. – Потом расскажу. Отдельно. Кстати, внук. Не злишься? Нет? Ну, здравствуй. Послышался звук рукопожатия. Я снова открыла глаза, увидев вместо физиономий тёмную шуршащую массу сосновых веток на фоне сумеречно-закатного неба. А рядом уже тёк ручейком тихий разговор. Я осторожно шевельнулась, приподнимаясь на локтях, и осознала невероятную вещь – у меня ничего не болит. Впервые за почти тридцать лет работы. — Как спина? – Илюха сидел рядом, опершись локтями о колени, и не сводил с меня настороженных глаз. — Никак… – я не могла поверить. – Вообще… — Фантомная боль, – пояснил он, и я заметила, как крепко приятель сжимает в замке подрагивающие руки. – Ты к ней привыкла и пряталась за любой болью, как за щитом, усиливая слабую и делая несуществующую реальной. Извини, Эф… но всё. — Точно убьёт, и клятву ради этого сломает, – крякнул дед Назар. – И трость отнял, и раковинку любимую, устричную… Я села, нащупала рюкзак и не глядя достала из кармана горсть «консервов». |