Книга Яблоки преткновения, страница 121 – Бронислава Вонсович

— Оранжерея? – предположила Линда. – Ой, что-то мне это начинает не нравиться.

— Тогда уж продолжает, – хохотнул Майлз. – То, что тебе это не нравится, ты сказала сразу. Проверим оранжерею?

Теперь кивнула я. Если уж взялись расследовать, то нужно довести дело до конца. Хотя я и сама не понимала, зачем это нужно, но что-то внутри подталкивало выяснить до конца. Что-то, не имеющее ничего общего с обычным праздным любопытством. Как-никак, леди Галлахер была моей основной подозреваемой в деле подбрасывания папе яблонь. И тут вдруг она сама погибает.

— Тогда поспешим, – сказал Майлз. – Потому что скоро тут будет не протолкнуться от ректора и иже с ним.

Но спешили мы зря. Потому что когда выскочили к оранжереям, обнаружили рядом с одной из них инора Мёрфи, Рассела и начальника службы безопасности академии. Последний был бледен до синевы и делал вид, что увлечён разговором с ректором, а вот Рассел сразу нас заметил, нахмурился и подошёл.

— Сильвия, что вам сказал инор Мёрфи? Идти на занятия. Разве занятия у вас здесь?

— Мы хотели узнать, что случилось, – пояснил Майлз.

— Нечего там узнавать, – довольно зло ответил Рассел. – Нашли развлечение. На занятия, инор Майлз! И быстро!

Майлза с Линдой словно заклинанием инора Мёрфи вынесло, я же осталась.

— Мне кажется, Рассел, вы не имеете права так разговаривать ни со мной, ни с моими друзьями, – выпалила я.

— А вы уверены, Сильвия, что вам и вашим друзьям нужно видеть то, что осталось от леди Галлахер? – жёстко спросил Рассел. – Это, знаете ли, вовсе не весело. Её опознали только по одежде и по перстню на полусъеденной руке.

Я приложила руку ко рту, силясь удержать тошноту. То, что рассказывал Рассел, так живо представилось, что мне стало плохо.

— Это растения? – тихо спросила я.

— Инора Карр уверяла, что да.

— Инора уверяла? А вы не видели?

— К нашему появлению от них осталось то же самое, что и от подкидышей в вашем саду. Только куда в большем объёме.

Он мягко, но непреклонно подталкивал меня к дверям академического корпуса, чтобы наверняка оградить от неприятного вида, но я и сама не рвалась рассматривать то, что находилось в оранжерее. Виновна леди Галлахер или нет, но она точно не заслуживала такой смерти. Но виновна ли?

— Вряд ли она держала столь опасные экземпляры в оранжерее академии, – заметила я.

— Не держала, – согласился Рассел. – Инор Мёрфи в этом был уверен, потому что в этой оранжерее выращивали травы для зелий, а напавшие на леди Галлахер особи, по словам иноры Карр, упирались в крышу.

— Но леди Галлахер маг, – напомнила я. – Вряд ли она вошла бы в оранжерею, где происходит что-то странное, без всяких предосторожностей.

Честно говоря, до этого дня я вообще сомневалась, что мага может сожрать какая-то яблоня. Конечно, папа, например, старался относиться к растениям мягко, но при реальной угрозе он избавлялся от образцов безо всякой жалости. А те, которые напали на леди Галлахер, были ещё, ко всему прочему, снабжены управляющими артефактами – не случайно же они рассыпались? Последнюю фразу я проговорила вслух, потому что Рассел заметил:

— В управляющие артефакты для особо опасных существ обычно ставят блок, завязанный на смерть владельца.

— Не сходится, – возразила я. – Потому что инора Карр видела леди Галлахер мёртвой, а растения целыми.