Книга Вы всё жжёте! Часть 3, страница 62 – Бронислава Вонсович

— Да вы созданы друг для друга! — восторженно пискнула его сестра, когда увидела нас рядом.

— Осталось в этом убедить наших родителей, — подмигнул Шарль.

Возвращение в гостиную получилось триумфальным. Даже инора Брюссо ненадолго потеряла дар речи, после чего выдала:

— Поди, последнее заложила, бедняга, чтобы прилично выглядеть.

— У леди де Кибо нет необходимости закладывать последнее, — заметил Шарль.

— Де Кибо? Леди де Кибо?

— Николь де Кибо, — невозмутимо кивнула я. — А что вас так удивило? Должна же у меня быть какая-то фамилия?

Своей фамилией я выбила почву из-под ног иноры Брюссо, которая уже не могла твердить как попугай, что я вцепилась в Шарля исключительно из меркантильных побуждений. Нет, она предприняла ещё несколько вялых попыток меня опорочить, изо всех сил намекая, что если девица из аристократии не ищет жениха в своих кругах, то с этой девицей что-то не так. На что я возразила, что для меня Шарль лучше любого другого инора, с титулом или без, и уж точно лучше моего бывшего жениха, лорда Альвендуа, от которого я с таким трудом отделалась, но родные которого меня до сих пор осаждают, желая восстановить помолвку. А там и Шарль взялся пересказывать бал в Королевском дворце, на котором мы недавно побывали. После чего инора Брюссо скисла окончательно: против посещения королевского дворца ни один из её аргументов не выстоял бы ни минуты. И это я ещё не говорила, что вдовствующая королева меня приглашала на личную беседу. Нет, инора Брюссо не сдалась и весь ужин позволяла себе мелкие подколки, но они были столь незначительными, что их можно было не считать.

Видя, что меня не так просто вывести из себя, инора решила вывести меня из рядов бодрствующих и попыталась подлить снотворное в чай. Мой артефакт среагировал на такую наглость, и я поинтересовалась, как местный Сыск относится к подобным развлечениям, после чего инора быстро засобиралась домой, строя из себя оскорблённую невинность. Инор Буле проводил её весьма задумчивым взглядом. Наверняка заподозрил, что в деле обработки его сына тоже могли использоваться незаконные методы. И если в отношении мамы Шарля ещё были сомнения, то папа точно склонялся в нашу сторону, особенно после восторженного рассказа Коринны о моём артефакте.

Но посмотрела инора Брюссо при уходе так, что я сочла за лучшее, точнее, более безопасное проболтать с Шарлем и его сестрой до утра в гостиной, хотя комнату мне всё-таки выделили. Боялась я не за себя, а опасалась очередной подлости по отношению к Шарлю. Вряд ли инора Брюссо удовлетворилась уже потерянной лояльностью сестры Шарля, наверняка ещё кого-нибудь подкупила в доме. Не было у меня доверия к этому месту.

Утром до дирижабля нас провожала вся семья Буле. В отношении ко мне родителей ещё были видны настороженность и неуверенность, но с Коринной мы уже болтали, как будто были давними подругами.

— Жаль, что вы пробыли у нас так мало, — заявил старший Буле, весьма заинтересованно кося на мой перстень с пространственным карманом. Уверена, его сожаление в большей степени относилось не ко мне, а к моему артефакту.

— Не переживай, папа, мы непременно приедем, — обрадовал его Шарль. — Решим пару вопросов, я окончу университет, после чего и приедем.

— Вопросы по свадьбе? — оптимистично предположила Коринна.