Книга Когда умирают короли, страница 18 – Бронислава Вонсович

— У меня на такой случай целая куча амулетов есть, — с готовностью помочь родственникам сказал Эвальд.

— У отца тоже были, — веско сказал Гердер.

— Не потащит же она меня силком в постель, — уже менее уверенно сказал гармец.

— Вы можете потом и не вспомнить, что там было. Есть некоторые средства, — неопределенно помотал в воздухе рукой король, не собираясь дальше рассказывать представителю соседней державы о своих секретах. — Но я оценил ваше стремление помочь, дорогой племянник.

Когда за Эвальдом закрылась дверь, Гердер повернулся к старшему сыну и спросил:

— Есть что-то, о чем я не знаю? Когда это вы успели поругаться?

— Мы не ругались. Он мне просто не нравится, — хмуро ответил Роберт.

— Просто не нравится, или тому есть какая-то причина? — продолжал допытываться отец.

— Мне не понравилось, как он сегодня на церемонии прощания смотрел на Лину, — немного помедлив, ответил сын. — Он смотрел на нее не отрываясь и, уверен, подошел бы к ней, если бы в него не вцепилась Аманда.

— Надо же, и от нее может быть какая-то польза, — усмехнулся Гердер, но как-то невесело. — А твоя невеста? Что она?

— Она тоже на него посмотрела, — ответил Роберт. — Но сразу отвернулась. И покраснела.

— Если она окажется его истинной парой, — медленно проговорил будущий король Турана, — что ты будешь делать?

— Я не знаю, — голос Роберта дрогнул, но сразу выправился. — Я не готов ответить на этот вопрос. Ты думаешь, до этого может дойти?

Отец пожал плечами:

— С этими кошаками нельзя быть ни в чем уверенными. Хотя по словам Эвальда и выходит, что у него сейчас истинной пары нет, но отец его прямо никогда не говорил, а все пытался выкрасть мою сестру.

История эта была не очень красивая, и король не любил вспоминать, как много лет назад его невестой стала сводная сестра, в которую он был влюблен, и которая сбегала от него несколько раз, так как, даже не зная, что она дочь Генриха, не желала этого брака. Сам Гердер совершил тогда несколько поступков, о которых впоследствии сильно пожалел. Да и пребывание его у орков наложило некоторый отпечаток на характер. Во всяком случае, он четко усвоил, что лишение другого человека права на выбор и свободу — это не очень хорошо.

— А если бы сказал, ты отдал бы ему свою невесту?

— Тогда — нет, — уж с сыном Гердер был всегда честен, — но если бы я на ней все-таки женился, я бы совершил самую большую ошибку в своей жизни и не встретил бы твою маму. Желание обладать во что бы то ни стало и любовь — это разные вещи. И ты никогда не сможешь быть счастлив с женщиной, которая всю свою жизнь будет любить другого мужчину — а при обретении истинной пары у оборотней именно это и происходит.

— Но ведь пока в этом уверенности нет, не так ли?

Взволнованность явно проступила на его лице, обычно совершенно невозмутимом.

— Каролина тебе столь дорога? — позволил себе удивление Гердер. — Все же брак у вас договорной.

— Она мне более, чем дорога, — с отчаяньем в голосе сказал Роберт. — Если бы я был оборотнем, то мог бы с полным правом сказать, что она моя истинная пара.

— Вот как? Но твое поведение никак на это не указывает. Я никогда бы не подумал, что она для тебя значит что-то больше, чем невеста по договору.

— Я боюсь ее испугать. Боюсь, что она не ответит на мои чувства.