Книга Когда умирают короли, страница 39 – Бронислава Вонсович

— Ты не имеешь права меня осуждать, — зло сказала королева. — Ты не представляешь, как тяжело жить с человеком, который тебе постоянно изменяет. И по отношению к Марко я не чувствую ни малейших угрызений совести.

— Он хотя бы не вводил в семью своих внебрачных детей, — горько сказала девушка и добавила после короткого раздумья. — И кто еще знает о моем происхождении?

— Леди Скарпа и еще несколько сильных магов — от них скрыть, что ты не в родстве с Марко никак нельзя было, — сказал лорд Фриджерио. — Девочка моя, мне очень жаль, что все так получилось. Я тебя действительно очень люблю, и мне было тяжело все эти годы.

Но Каролина посмотрела на него очень неприязненно — Марко, несмотря на его отношение к матери, она очень любила. Более того, покойный король был всегда с ней очень честен в отличие от этого мага, который хочет занять в ее душе опустевшее место. Но в словах новоявленного отца была фраза, которая заставила вздрогнуть ее сердце. Вздрогнуть и забиться очень быстро.

— Невозможно скрыть от сильных магов? — в ужасе сказала она. — Значил туранская семья об этом знает?

— Да, — смущенно подтвердила Лиза.

Больше девушка их не слушала, она полностью ушла в себя. Теперь ей понятно было холодное отношение будущего жениха — кому хочется жениться на незаконнорожденной, которая может и унаследовать от своей матери склонность к обманам и измене.

Вот и теперь, слушая все речи, посвященные достоинствам ушедшего короля, она стояла и думала, что, получается, ей здесь совсем и не место, что никакого отношения она к королевской семье не имеет. Да даже лорд Валле, бастард Марко, украдкой смахнувший слезу из кончика глаза, и тот имеет больше прав здесь находиться, чем она. Получается, у нее вся жизнь — один сплошной обман. И пусть в этом не ее вина, но теперь только от нее зависит, прервать эту цепочку лжи или нет. Скандала, конечно, следует избежать — ни Марко, ни Артуро не виноваты в том, что было проделано за их спинами. Внутри девушки как будто натягивалась тонкая струна, которая готова была вот-вот лопнуть с оглушительным звоном. И когда Роберт попросил ее о разговоре наедине, Каролина даже не сомневалась, о чем пойдет речь.

— Каролина, я давно хотел тебе сказать, — начал он.

— Не надо, я догадываюсь, о чем ты хотел со мной поговорить, — прервала его Лина и твердо, хотя ей казалось, что сердце ее сейчас разобьется на части, сказала. — Думаю, нам следует разорвать нашу помолвку.

— Вот как? — глухо сказал туранский кронпринц. — Если таково твое желание, то я не буду противиться. Но, Каролина, я должен тебя предостеречь. Эвальд, он тебя не любит.

Эвальд? При чем тут этот гармец? Девушка в некотором недоумении посмотрела на жениха, теперь уже бывшего:

— Мне все равно, как он ко мне относится.

— Даже так? — в голосе Роберта проявились несвойственные обычно ему эмоции, но он быстро взял себя в руки. — Мне, наверно, лучше сейчас уйти.

Каролина склонила голову в знак согласия, говорить она больше не могла из опасения, что слезы найдут-таки выход из глубины ее души, и это будет совсем ужасно. Перед Робертом она опозориться никак не может. Он направился к выходу, но уже у самой двери повернулся и сказал:

— Если тебе когда-нибудь понадобится моя помощь, только дай знать.