Книга Когда умирают короли, страница 54 – Бронислава Вонсович

— Дорогая моя, — недовольно посмотрел на нее Лауф. — Прошло почти четверть века с тех пор, как ты сбежала от своего сводного брата. По донесениям наших дипломатов, он вполне счастлив в своем браке и давно и думать о тебе забыл.

— Зато я не забыла, — непреклонно сказала принцесса. — Не забыла и не простила.

— И кто из вас двоих более мстительный?

Лиара хмуро посмотрела на свекра. Ей вдруг пришло в голову, что в чем-то он прав. История уже достаточно старая. Вот только она совсем не уверена в том, что Гердер смог ее забыть. Ведь ей до сих пор иногда снились сны с участием бывшего жениха. Но надо отдать ему должное — мстить сбежавшей невесте он не стал. Хотя, может, просто откладывает? Ждет, когда они все расслабятся. И часть этого плана — подсунуть свою дочь ее замечательному мальчику.

— Эвальд, а что еще ты успел там натворить? — не дождавшись ответа невестки, Лауф обратился к внуку. — Что-то мне кажется, что одним поцелуем дело не ограничилось…

Принц на мгновение заколебался, не рассказать ли о своем договоре с Амандой, но потом решил, что раз уж ничего у них не вышло, то и другим знать об этом не следует. Он сделал честно-удивленное лицо и сказал:

— За кого ты меня принимаешь? Я вообще вел себя образцово. Гердер мне даже предложил руку племянницы. Я сказал, что присмотрюсь.

— А твой брат так и решил остаться при туранском дворе? — спросила Лиара, которая только сейчас поняла, что ее старшенький появился один. — Как-то это на него непохоже. Он же во всем тебя поддерживает.

— Его отправили знакомиться с герцогством, — отрапортовал Эвальд.

— Отправили? — вычленил главное Лауф. — А он что успел натворить?

— Да ничего такого особенного, — про поручение, данное брату в отношении Шарлотты, принц тоже решил не рассказывать. — Ты же знаешь его любовь лазить где ни попадя во второй ипостаси? Вот Гердеру это и не понравилось. Он же нас, оборотней, очень не любит.

Гармский король задумчиво смотрел на внука. Он чувствовал, что тот что-то скрывает. Не хочет открывать всей правды. И возникает вопрос, насколько важна эта самая правда, стоит ли ее допытываться, несмотря на то, что Эвальду это явно неприятно.

— Если Гердер серьезно говорил про свою племянницу, я так понимаю, что речь идет о дочери Олина, Маргарет, то это очень неплохой вариант, — медленно, растягивая слова и наблюдаюя за реакцией внука, сказал Лауф. — Может, поручим нашим дипломатам заняться этим вопросом, если уж с Шарлоттой ничего не получилось?

— Почему это не получилось? — запротестовал Эвальд, который за все время своего пребывания так и не удосужился посмотреть на ту самую Маргарет поближе и сейчас с трудом вспоминал ее лицо. — Да, сделать истинную пару, возможно, и не получилось. Но неужели в меня нельзя влюбиться просто так? Отреагировала же она на мой поцелуй очень эмоционально.

— Знаешь, дорогой, переоценивать себя для будущего правителя очень опасно, — начал было король.

— Почему это переоценивать? — возмутилась Лиара. — Эвальд действительно очень красив, и девушка после поцелуя вполне могла в него влюбиться. У меня же это произошло после поцелуя Краута.

— Это происходит у обоих, — заметил Лауф. — А я не вижу у своего внука признаков даже слабой влюбленности в эту девушку. К тому же, как мне донесли, в Туране он ухаживал за другой. И эта, другая, расторгла помолвку.