Книга Нечаянное турне, страница 153 – Бронислава Вонсович

Песцов подавился тем, что хотел сказать, и возмущенно уставился на дядю.

— Мы с ним случайно пересеклись, – пояснила я. – И вместе путешествуем вынужденно. Так-то нас ничего не связывает.

— Об этом вы мне сейчас расскажете подробно. – Ли Си Цын бросил короткую фразу на китайском, сделал приглашающий жест, и не оглядываясь, грузно двинулся вперед, уверенный, что мы за ним последуем.

Китаец споро оставил без верхней одежды и нас с Песцовым, после чего мы прошли в хозяйский кабинет. Влияние китайской культуры здесь было минимальным: пара гравюр на стенах, и все. Мебель вполне европейского вида, прочная, с толстыми ножками, наверняка сделанная по заказу, выдержала бы и слона, доставь его вдруг кто-нибудь в этот дом.

Для нас же с Песцовым принесли пару более изящных стульев: в кабинете гостей не принимали, и постоянное место для сиденья там было только одно – гигантское кресло, в которое хозяин кабинета с видимым облегчением опустился сразу, как вошел, не дожидаясь, пока сяду я. И то сказать – нелегко его ногам было выдерживать этакую тушу.

— Помещение экранировано, можно говорить свободно, – сказал Ли Си Цын. – Впрочем, нас и раньше никто не пытался подслушать. Волков помнит, чем это чревато. Итак, Дима, что такое случилось, что твоя мать звонит в истерике и умоляет тебя спасти? Говорит, что ты влез между Соболевыми и Волковыми и это плохо закончится.

— Мама слишком впечатлительная, – отмахнулся Песцов. – Не случилось ничего такого, с чем бы я не мог справиться сам.

— Ольга говорит, что вас чуть не загрызли волки.

— Нас? – картинно удивился Песцов. – Дядюшка, меня не так-то просто загрызть каким-то волкам, тем более самым обычным. Мне и шавки покрупнее не страшны.

Он напыжился, но на родственника впечатления не произвел.

— Видел я, как кто-то нос боялся высунуть из номера, потому что у двери караулили шавки. Или нет, не шавки – моськи.

— Исключительно ради конспирации. Чтобы не выдать Елизавету Дмитриевну, – выкрутился Песцов. – Вы же понимаете, что случилось бы, обнаружь ее Волков у меня в номере?

— Это я понимаю. Но не понимаю, зачем понадобилось вообще выдавать Рысьину за английскую певицу.

— Потому что настоящая английская певица оказалась крэгом, – скромно пояснил Песцов. – Пришлось ее убить. Елизавета Дмитриевна же притворялась переводчицей мисс Мэннинг, о чем я даже не подозревал, пока с нее не слетела маскировка после убийства крэга. А в вещах мисс Мэннинг очень удачно нашелся нужный артефакт, который Елизавета Дмитриевна, как маг, смогла подчинить. И я не удержался. Ты же понимаешь, что отмена гастролей – огромные убытки. И репутационные потери.

Он тяжело вздохнул. Наверное, только что осознал, что репутационных потерь теперь точно не избежать, поскольку гастроли мисс Мэннинг накрылись медным тазом. И хорошо, если просто накрылись, а не послужат началом грандиозного скандала, если выяснится подмена.

Ли Си Цын ненадолго задумался, а потом пару раз нажал на кнопку вызова прислуги. Китаец, тот, что нас встречал, или другой – кто их разберет, – вскочил в кабинет, словно стоял за дверью и только и ждал звонка.

— Елизавета Дмитриевна, вас проводят в гостевую. А мы с племянником пока поговорим по-родственному, – добродушно улыбаясь, сообщил Ли Си Цын. – Вам наши разговоры будут неинтересны.