Книга Нечаянное турне, страница 60 – Бронислава Вонсович

— Вы не разбираетесь в магии, – отрывисто бросил он. – Если там действительно маячок, а мы спрыгнем, давление прекратится, он перестанет работать, и нас сожрут. Вот ведь!..

Он ругнулся вполголоса, опять не сумев подцепить вожжи. Все-таки его комплекция не предполагала ловкости гимнаста, и одновременно балансировать на краю саней для него было явно непривычным занятием. Возможно, будь еще немного времени, Песцову удалось бы и ухватить вожжи, и вывести сани из-под волчьего нападения. Но узнать это оказалось не суждено: один из волков вцепился в шею правой пристяжной, и вскоре та уже хрипела, суча ногами в воздухе. Две оставшиеся лошади какое-то время еще бежали вперед, таща и сани, и почти мертвую товарку, но скорости катастрофически не хватало.

Шмяк. Это горничная мисс Мэннинг меланхолично стукнула по морде особо наглого волка, вознамерившегося ею перекусить. Волк взвизгнул, из его ноздри побежала тонкая струйка крови. Но это не заставило его отступить, он лез в сани, словно зомби, почуявший свежее мясо, и горничная начала лупить его саквояжем с упорством парового молота. Конец их противостоянию положил очередной выстрел.

Мы больше не двигались, и круг волков начинал смыкаться. Песцов выстрелил опять, положив самого крупного. Наверняка именно он и был вожаком, ведущим стаю. Волки чуть отшатнулись при звуке выстрела, но затем опять пошли на нас, порыкивая так, что я остро пожалела, что не знаю ни одной молитвы. Должны же местные боги хоть иногда приходить на помощь своей пастве? Неужели Велес дал мне второй облик только для того, чтобы я бесславно погибла в схватке с превосходящими волчьими силами? Не зря, ох не зря мне сразу не понравился Волков. Ему съесть бедную беззащитную девушку ничего не стоит. А у меня даже такого замечательного саквояжа нет, как у горничной мисс Мэннинг: свой я неосмотрительно оставила в гостинице. А ведь он был таким тяжелым из-за учебников по магии. По магии? Я чуть не застонала, осознав собственную глупость. Я же могу всех нападающих обезвредить. Наверное. Ни разу не испытывала ни на ком. На одни теоретические знания полагаться, конечно, нельзя, но и умереть, даже не попытавшись дать отпор, я не собиралась, торопливо восстанавливая в памяти плетение так и не опробованной ледяной сосульки.

Звук разрываемой ткани оказался полной неожиданностью. Мисс Мэннинг и ее горничная трансформировались в жуткие уродливые создания с вытянутой пастью, полной тонких острых зубов (кажется, они были даже в два ряда), горбатой спиной, черная чешуя на которой казалась провалом в бездну, и длинными трехсуставчатыми лапами.

С грозным подвыванием эта пара бросилась на волков. Каждая – на свою сторону. И я еще раз убедилась, что стая находится под магией призыва. На их месте я бы от явно несъедобных страхолюдин улепетывала со всех лап, оставляя после себя только желтую дорожку на снегу, волки же шли вперед, оскалив пасти и свирепо рыча. И даже получив смертельную рану, все равно рвались к саням. Недолго рвались, ровно до второго удара. Некоторым хватало и первого, сразу превращающего туловище в мешанину из шерсти, мяса и костей. Смотреть на это было страшно, пусть с каждым ударом грозных лап наше спасение становилось все более реальным. Какие, оказывается, в Англии разносторонние певицы: тех, кого не поразили пением, поражают клыками и когтями. Выбор за вами, так сказать, чем поражаться.