Книга Между Сциллой и Харибдой, страница 165 – Бронислава Вонсович

— Я понимаю, что вы переживаете за нас, — ответил Рауль. — Но было бы невежливым покидать Мурицию до официального сообщения об отмене приёма. Возможно, всё не так, как видится на расстоянии. Ваш подчинённый сказал, что пока нет никакой достоверной информации. Мы подождём официального сообщения.

Рауль умолчал, что мы подготовились к авантюре, как смогли: что на мне, что на нём была куча разнообразных артефактов, в том числе и портальные, которые сработают либо по нашему желанию, либо в случае, если я или он потеряем сознание. Когда идёшь фактически на диверсию против другой страны, безопасностью лучше не пренебрегать.

— Хорошо, Ваше Высочество, — недовольно ответил посол. — Тогда я распоряжусь об обеде.

— Будьте любезны, сеньор.

С балкона мы ушли, хотя не видели враждебности со стороны жителей Труадона, которые не так давно весьма уверенно заявляли, что Теофрения проклята Двуединым. Но, кажется, сейчас для них мы были зримым воплощением божественного благословения, в отличие от собственного правителя, на которого в последнее время всевозможные несчастья валились с завидным постоянством. Но все они меркли перед несчастьем главным — герцогиней Эрилейской.

Вскоре она лично заявилась в посольство и заявила, что желает видеть меня незамедлительно для приватной беседы. «Две доньи, — сказала она, — скорее договорятся». В своём высказывании она оказалась неправа дважды: с ней я договариваться не собиралась и доньей её уже называть было нельзя, поскольку Сиятельность слетела окончательно то ли во время церемонии в Храме, то ли после неё. Но вела себя Эстефания так, чтобы никто не усомнился: Сиятельность — это не внешнее проявление, это внутренняя суть. Поговорить я с ней согласилась, почему нет?

Меня провели в одну из переговорных комнат посольства, полностью экранированную от прослушивания. По словам посла, разумеется. Уверена, что при желании в экране найдётся маленькая незаметная дырочка, которая позволит быть в курсе любой беседы. Но не сегодня — дополнительную защиту я поставила сразу, как вошла и увидела Эстефанию.

— Значит, я не ошиблась, — процедила она. — Ты должна была умереть! Ты мне все планы порушила.

— Извиняться не буду, — усмехнулась я. — Мне кажется, тебе и без невыполненных планов неплохо. Вон сегодня вышла замуж за короля.

Радость на лице Эстефании не появилась.

— Он припадочный! Ты специально подсунула мне дефектного короля! — завопила она так, что у меня заложило уши.

Хорошо, что я заранее поставила полог от прослушивания и больше никто не слышал наш милый разговор. Конечно, он дискредитировал не меня, а мурицийскую правительницу, но она может столь талантливо извернутся, что обвинят уже меня.

— Ты его знала куда дольше. И сама выбрала возвращение. — Разговор меня откровенно забавлял. — Кстати, при мне у Теодоро припадков не было. Может, дело не в нём? А в том, кто с ним рядом?

— С ним рядом те, кто нужно, — отрезала она. — Как так получилось, что ты украла мою Сиятельность?

— Мне её подарил Двуединый. К тебе моя Сиятельность не имеет никакого отношения.

— Так я тебе и поверила, — прошипела она. — Ты хитрая мерзкая тварь, обманом пролезшая в королевскую семью Теофрении. Что скажет Его Высочество Рауль, если я расскажу, кто ты есть на самом деле? А я расскажу, будь уверена, если ты мне не ответишь, как добыла себе Сиятельность. — Она подалась ко мне и с ненавистью процедила: — Она должна быть моей.