Книга Между Сциллой и Харибдой, страница 49 – Бронислава Вонсович

Я вывела изображение так, чтобы видеть лица сразу обоих, пусть и в профиль.

— Нам нужна определённость, дон Дарок.

— Вот переговорю с Его Величеством Теодоро Блистательным, и будет вам определённость, — бросил Диего. — Только знаете, Ваше Высочество. — Он в точности скопировал гадкую тётину улыбочку. — Если будет та определённость, которую хочет Его Величество Луис, то вам места в Теофрении не найдётся ни в какой роли. Более того, я вам настоятельно посоветовал бы уехать из страны, потому что мне не нужны ни вы, ни ваши потомки. И решать я это буду радикально.

— Откровенно, — криво усмехнулся Рауль.

Диего насмешливо прищурился.

— А я вообще откровенный. Плохое качество для будущего правителя?

— Плохое, — согласился Рауль. — Только у вас его нет.

— И всё же я бы вам советовал уехать прямо сейчас, — с нажимом сказал Диего. — Максимум задержаться на день. Только так у вас будет шанс остаться в живых. Вы не поверите, но вы мне чем-то симпатичны, Ваше Высочество. А сейчас, простите, мне пора.

Диего подхватил дорожный мешок, затянул горловину и пошёл прямо на Рауля, поскольку тот перегораживал выход. Рауль сдвигаться в сторону не стал, вышел первым. Диего рядом с ним не задержался, пошёл на выход столь целеустремлённо, словно не он только что пытался предупредить Рауля об опасности. Впрочем, похоже, он и ректору сигнализировал. Неужели лежит на нём клятва наподобие моей, когда прямо ничего не скажешь, если это противоречит какому-то условию? Тогда, получается, он не такая уж сволочь? Или это часть мне непонятной игры? Впрочем, воспитанности Диего это всё равно не добавляло: с теофренийским принцем он даже не попрощался.

Я двигала картинку, следя за Раулем, а он двигался довольно неторопливо. Настолько неторопливо, что, когда он вышел на улицу, Диего уже покидал территорию университета. А движения Рауля становились всё более и более замедленными. Чувствовалось, что ему всё сложнее и сложнее идти. Он убедился, что Диего ушёл, потом залез в карман, вытащил кругляшок, сломал его и внезапно исчез с экрана, чтобы тут же появиться рядом со мной. Он успел ещё сказать:

— Катарина, не пугайтесь и ни в коем случае никого не зовите.

После чего потерял сознание. Я еле успела направить его падение на кровать, а то грохнулся бы теофренийский принц на пол и напрочь испортил бы свою внешность. Сломанный нос, он никого не красит. Хотя с местным уровнем целительства, его бы вправили без последствий. А может, уже и вправляли неоднократно, с такими-то приступами.

Время от времени тело Рауля скручивалось, словно в судороге, но сам он не издавал ни звука. Принц сказал не пугаться? Я не испугалась, я была в ужасе. Я понятия не имела ни что происходит, ни что я могу сделать. Возможно, правильным решением сейчас было бы как раз сбегать за целителем? Но Рауль чётко сказал: никого не звать.

Я металась по комнате, ломая руки, и не знала, что делать. Внезапно принц затих, я к нему бросилась — и о, ужас! — мне показалось, что он не дышит. Я приложила ухо к его груди, но стука сердца не услышала.

Боже мой! Неужели Диего его чем-то отравил? Но тогда бы Рауль не вёл себя так, словно это происходит не впервые.

Срочно! Помощь нужна срочно! Я метнулась к выходу и сообразила, что понятия не имею, как открывать эту комнату изнутри. Я взялась руками за голову и постаралась немного прийти в себя. Я и сама могу использовать некоторые целительские заклинания. Я отправила на Рауля одно из них и поняла, что так я ничего сделать не смогу: на принце наверняка были артефакты, не пропускающие чужую магию, поэтому моё заклинание с него скатилось, как морская волна с гальки.