Книга Право на эшафот, страница 158 – Бронислава Вонсович

Рауль кашлянул, словно ему внезапно что-то попало в горло.

— Теодоро общается с вами во сне? Это опасно, знаете ли.

— Подозреваю. Поэтому я к нему близко не подхожу и выгоняю, как только представляется возможность. Правда, он был всего два раза, но мне кажется, появится и в третий.

— Наверняка, – согласился Рауль. – Поэтому вам надо закрыться от его посещений. Я научу.

— Сначала мы ему всучим дезинформацию с Нагейтом. А потом я закроюсь. Я правильно понимаю, он может вытащить меня через сон?

— Правильно. Закрытая методика, но мурицийские короли ею владеют. Чем больше вы с ним разговариваете, тем ему легче это сделать. – В его голосе послышалась зависть.

Наверное, эта методика недоступна простым смертным, а Раулю страсть как хотелось быть в курсе всего, что недоступно. Была ли это страсть мага или потенциального правителя – разницы нет, поскольку заставляла идти до конца.

За разговором мы дошли до рабочих комнат Рауля. Именно комнат. Их было несколько: кабинет, алхимическая лаборатория и несколько помещений для экспериментов с разной степенью защиты. В двух они точно шли, потому что защита там была активной и ее всполохи проходили и по двери, и по стенам. Рауль приглашающе открыл дверь в третью, но зайти я не успела – к нам влетел запыхавшийся Альварес.

— Слава Двуединому, успел, – выдохнул он.

— Успел к чему? – холодно спросил Рауль.

— Успел до того, как вы запретесь вдвоем. Сеньорита Катарина очень наивна и не понимает, что если она уединится с тобой, Рауль, то ее репутации конец. Никто не поверит, что вы там ничем этаким не занимались.

— Хосе Игнасио, ты спятил? – поинтересовался Рауль. – Чем мы с Катариной можем заниматься, кроме магии? Я бы еще понял в кабинете, здесь хотя бы кресло есть, не слишком удобное, но все же.

Я на всякий случай заглянула в комнату, куда мы направлялись. В ней даже окон не было, не говоря уже о каком-либо завалящем диванчике, который мог бы угрожать моей девичьей чести. Да что там диванчика, там вообще ничего не было, одни голые стены и каменный пол. Я посмотрела на Рауля, он ответил мне столь же непонимающим взглядом.

— Сеньор Альварес, нужно обладать очень испорченным воображением, чтобы подумать что-то неприличное про эту комнату, – заметила с сомнением.

— Вы наших магов не знаете, – возразил он. – У них воображение не просто испорченное, оно заточено на максимально испорченные варианты. Поэтому то, что я иду с вами, не обсуждается.

— Боюсь, тогда мне вовек не отмыться. – Невинно взмахнула ресницами. – Одного сеньора мне бы простили, а сразу двух… Уверена, этого никогда не забудут.

— О чем вы, Катарина? – уставился на меня Альварес.

— Об испорченности ваших магов. Не знаю, что они надумают, но наедине с двумя мужчинами я не останусь. Мне и одного много.

На самом деле мне бы и горгульи хватило, из нее получился прекрасный учитель, но кто меня будет об этом спрашивать?

— Я ваш куратор и почти жених. А Рауль… Знаете, Катарина, какая у него репутация?

Теофренийский принц только глаза к потолку возвел, наверное, молил Двуединого даровать терпение. Я насмешливо фыркнула.

— Ой, можно подумать, сеньор Альварес, что у вас репутация лучше.

— Это все неправда, – с ходу начал он открещиваться. – Кто вам сказал? Секретарша ректора? Так она постоянно привирает.