Книга Право на эшафот, страница 88 – Бронислава Вонсович

— Если бы меня на нее пригласили, я бы непременно все выяснила, – огрызнулась. – Я предупреждала, что у меня блок на памяти, могу не знать очевидных вещей.

Она насмешливо хмыкнула.

— Есть хочешь?

— Ужасно.

— Тогда разделите со мной ужин, донья.

Скорее всего, это была ритуальная фраза, ответа на которую я не знала, поэтому просто сказала:

— С превеликим удовольствием, донья.

— Да не называй ты меня доньей! – взорвалась она. – Я давным-давно потеряла право на это обращение. Зови меня Исабель. Для посторонних ты временно будешь моей племянницей из провинции.

— Хорошо, тетя Исабель, – согласилась покладисто.

За ужин я была готова на все, точнее, почти на все. Ничего, что унижало бы честь и достоинство как мое, так и герцогов Эрилейских, я бы делать не согласилась. Впрочем, тетей сеньора Лусеро оказалась нетребовательной. Накормила ужином и отправила в ту же комнату, предварительно выдав ночную сорочку и полотенце, чтобы я могла привести себя в порядок после бурного дня.

Оказавшись одна, я наконец достала прихваченные письма – как свои, так и дона де Монтейо. Если их разложить по датам, можно узнать, что же беспокоило Эстефанию. Но, увы, как я и боялась, письма, которые были якобы от меня, содержали лишь пустые страницы. Целая пачка конвертов с чистыми листами. Вряд ли Эстефания использовала проявляющиеся чернила, а значит, мне пытались подсунуть обманку. Но это могло означать как то, что герцогиня никогда не писала дону де Монтейо, так и то, что ее письма он на всякий случай припрятал в безопасном месте. Потому что шантажировать надо, имея козыри на руках, а то вдруг я пришла бы с охраной не только в лице Эсперансы и отобрала бы бережно лелеемые доводы в пользу нашего брака?

Сложив все письма в кокон, отправилась изучать местные удобства. Они оказались не такими шикарными, как в особняке Эрилейских, но вполне современными и понятными. Я даже ванну наполнила без указаний хозяйки дома. Возможно, она рассчитывала, что я приму только душ, но я решила успокоить нервы единственным доступным способом. И успокоила до такой степени, что чуть не уснула в ванне. Странное дело, проспала почти весь день, но меня опять неудержимо клонило в сон. Плохо, если это последствие приема моего средства, а не порошка Эмилио.

Выбралась из ванны и нырнула под одеяло, легкое и теплое. Пусть все трудности останутся в этом дне, а на этот дом падет благословение Двуединого. Оно ему куда нужнее, чем королевской чете…

Утром, бодрой и отдохнувшей, я проснулась довольно рано и некоторое время просто валялась, пялясь в потолок и размышляя, с чего сеньора Лусеро оказалась столь участлива. Эйфория вчерашнего дня ушла, а с ней вера в то, что сеньора помогает всем по доброте душевной. Доброты душевной в Сиятельных не замечала, а сеньора была плоть от плоти Сиятельных, пусть и утратила некоторые внешние признаки, а с ними и положение.

Пока ее мотивы были мне неизвестны, но это не значит, что их нет. Даже вариант с обогащением не стоило отклонять, возможно, она рассчитывала, что стоимость информации вырастет. Откуда мне знать, сколько обычно платят за пропавших герцогинь? Возможно, тетя решила для начала обойтись небольшими деньгами. Еще не стоило отбрасывать вариант мести бывшей подруге тем или иным способом.