Книга По ту сторону любви, страница 45 – Эмили Кокс, Николь Аллен

— Эм-Эм, смотри. Если хочешь пойти на выпускной – иди. Все понимаю.

Он трет ладонь с такой силой, что кажется, вместе с краской сейчас слезет кожа.

— Только вот что… – Папа бросает тряпку в угол. В волосах еще виднеется серая краска. – У тебя есть мечты. Цели. А девушки – помеха, уж поверь мне. Смотреть приятно, спору нет. Но они… – Он оглядывается. – Как конфеты, пожалуй. Перед ними трудно устоять, так они хороши, только вот когда наешься их – становится плохо. И сидишь потом, ругаешь себя, что не остановился вовремя.

Ага. То есть мама была так хороша, что папа не смог сдержаться, и потом пожалел об этом. С такой стороны смотреть на это не очень приятно, но я его в какой-то мере понимаю. Сколько раз я сам съедал упаковку «Орео», целиком, а потом страдал. А Мэй в сто раз круче, чем «Орео»…

— Если держаться подальше, – продолжает он, – добьешься всего и избежишь лишних страданий. Но! Девушку на выпускной приглашай, конечно. Можешь даже с ней потанцевать. Только вот… без послевыпускных мероприятий. Тогда все о’кей. – Он машет рукой. – А если встретишь ту самую – прекрасно. Заканчивай медицинский, потом женись. Возьми на себя ответственность. Докажи, что все всерьез. Но остальное – после свадьбы. Ты меня понял.

Он снова отворачивается к стене.

— Поверь, я сам это старомодное правило нарушил – и сильно усложнил себе жизнь. – Он встает и снова берет валик. – Я не жалею, потому что благодаря этому у меня появился ты. Но… все равно, – качает головой он. – Мне было очень тяжело. Так что сбереги себя для той, кто действительно этого стоит. Ты сам понимаешь, что мне виднее. И я не хочу, чтобы ты прошел через то же, что и я.

Мое существование – результат того, что два человека влюбились друг в друга, но как-то позабыли о том, что бонусом к чувствам идут дети. Так странно думать, что папа когда-то так же сходил с ума по моей матери, как я по Мэй. Но мы еще даже не целовались, так что вероятность стать молодыми родителями равна нулю. С другой стороны… Я понимаю, как до этого может дойти. Пару недель назад я думал о чемпионате штата, университете, работе, тако и о том, как прогулять выпускной. А потом случилась Мэй. Теперь моя голова переполнена мыслями о ней, и они стараются захватить и другие части тела. Папа, очевидно, не смог сдержаться в свое время. Смогу ли я, если начну встречаться с Мэй?

— В общем, – подытоживает папа, не отрывая глаз от скользящего по стене валика, – руки при себе, ширинка – под замком. До окончания меда. Тогда – и мотоцикл, и машина, и счастливая жизнь. Все прилагается.

Руки при себе. Ширинку – под замок. О’кей, но как быть с тем, что меня так и тянет оказаться к Мэй как можно ближе? Что мне делать, если я хочу дышать воздухом, который она выдыхает? Что делать, если я хочу отпечатать ее улыбку на внутренней стороне век, чтобы видеть ее каждый раз, когда моргаю? А как мне остановить пальцы, которые хотят прикоснуться к ней, словно я слепой, пытающийся узнать ее среди тысячи девушек? Как заглушить ее смех, бесконечно звучащий в моей голове?

Я нахожу край малярной ленты и срываю ее со стены. Мэй – определенно моя слабость, и мне придется строго контролировать дозировку.

Привет, Мэй. Сижу тут на биологии. Популяционная экология, конечно, интересная штука, но я все думаю о тебе. Интересно, на каком ты сейчас уроке? А еще – собираешься ли когда-нибудь ответить на мою вчерашнюю идиотскую шутку?^[18] Это ж классика. Еще думаю, может, увидимся до субботы? Где-нибудь с полуночи до трех утра было бы идеально. Особенно учитывая, что в районе двух ты становишься немного чокнутой – дополнительный бонус. Так, учитель ходит между партами, притворюсь, что пишу конспект.

Равномерное распределение: особи находятся на относительно равном расстоянии друг от друга, бла-бла-бла, ля-ля-ля.

Все. Он ушел. Определение, кстати, в тему пришлось. Моя школа – на востоке города, твоя – на юге, между нами целая куча всего. Мне не нравится, что между нами есть расстояние. Хоть равномерное, хоть какое. Было бы куда веселее, если бы ты сейчас сидела рядом. К тебе я прийти не могу, по-китайски не пойму. Как думаешь, язык взглядов где-то преподают? Крошечная была бы школа.

В любом случае… если бы ты сейчас была в моей школе, я бы тебе спину прожег взглядом. Совсем не по-сталкерски, разумеется. Перебирал бы в голове варианты, как пригласить тебя на свидание, и в конце концов забраковал бы каждый из них, потому что все тупые, ведь я даже не знаю, что тебе нравится. Большое упущение. Надо исправлять. Учитель возвращается. Конец связи.