Книга Плененная поневоле, страница 68 – Алекса Аверина

— Все равно не понял. На что именно проверка? — снова поворачиваюсь. — Не, брат, чтоб ты потом меня грохнул? Не.

— Грохну, если не по плану пойдешь.

— Я понял. Это отец тебе наговорил. Поверил? Зря. Чиста как слеза, и ты это знаешь.

— Знаю! А ты откуда знаешь? Ты НИХУЯ не знаешь! И не ты ли говорил, что она не в себе? Радуется, что с отцом все в порядке? Не?

— Ооо, да, это было необычно. Даже странно. Я бы тоже в это не поверил, если бы… — смотрю на него вопросительно. Если бы? — Я, хуй знает почему, за ней пошел, когда ты отцу морду разбивал. Видно же, что оба обезумели друг другом. Почему-то подумал, что она остановит тебя.

— Следи за словами! Она в доме, просто для траха. Ничего большего. — почему ржет, придурок! Или я придурок?

— Ты себя слышишь? Ты вообще не вкуриваешь, что с тобой происходит? — уже серьезно говорит, наклонившись ко мне.

— Что говорю, то и происходит! Продолжай! — ухмыляется, падла. Я просто отомстил за девушку в статусе «жены». Для всех… Так какого черта, он решил, что обезумел. Я же не подаю виду. Не подаю ведь? Да и нечего подавать… А на губах ее поцелуи застыли… стряхиваю головой. Ложь!

— Я думал, что под дулом пистолета ее поведу к отцу! Заставлю ее тебя остановить. И что ты думаешь? — делает паузу.

— Ты совсем охуел? — смотрю со злостью на него. — Под дулом? — хватаю за куртку, как вообще посмел подойти к ней с пистолетом.

— Для траха говоришь? — напряженное молчание возникает. — Блять, я образно… Успокойся. — отпускаю его. Глаза закрываю. Ненормальный! Обезумевший!

— Продолжай.

— Я приказал ей к отцу идти, она отказалась, говорит, не пойду. Но она реально боялась. Думал, ствол уже пора доставать… — резкий взгляд. — Шучу, шучу... Говорю: его Ренат убивает… — пауза. — Да я, в общем-то, и договорить не успел, она уже подорвалась к вам. — рукой подбородок поглаживаю. Смотрю в лобовое рассеянным взглядом. Боялась и подорвалась? — Я конечно немного в шоке был. А когда она подбежала к нему и стала по голове гладить, это вообще выбило из колеи.

— Это ничего не меняет. Пойдешь к ней. С камерой. Будешь говорить и делать, только то, что я скажу.

* * *

— Это безумие. Сам же подыхать будешь, если спровоцирую? — говорит Валид, нацепляя на себя скрытое видеонаблюдение в виде зажима на галстук. Потом, вставляет незаметный наушник в ухо. — Чего ты ждешь от этого?

Набираю ему на телефон, сам вставляю себе наушник и смотрю на экране трансляцию. Вижу себя. Отлично.

— Правды! Слышно меня?

— Да, слышно.

— Если замечу лишнего, ты знаешь, что пощады не будет. Иди.

Сам сажусь в кресло у Валида в комнате. Все девочка, сейчас все будет понятно. Уверен, раскроет свою лживую сущность, если она имеется. Все сегодня закончится. Все станет понятным.

Мандраж конкретный накрывает, сердце болит. Всем существом хочу, чтобы я оказался не прав! Я же весь мир брошу к ее ногам, если убежусь, что она не играет, что она на самом деле такая… Аномалия!

Начали… Валид направляется ко мне в комнату. На экране появляется отец, к матери заходит. И слышу его крик… То ли в наушнике, то ли в живую. «Ты что тут делаешь! Мерзавка!».

Напрягаюсь. Юля там? Что она там делает, реально. Не девочка, а ходячая катастрофа.

Секунда и Валид залетает в комнату. На экране появляется она… Она сидит у ног матери, голову положила ей на колени. Бровь поднимаю в удивлении. Вот это поворот? Она резко вскакивает, вся испуганная. Зачем же ты это делаешь, красавица? Я понимаю, играет при нас. Но при матери то, нет смысла.