Книга Брат мужа. Порочные игры, страница 17 – Арина Арская

Распахиваю дверь. Влад наваливается на косяк, оперевшись о поднятую руку, и гнев улетучивается под его испытующим и немигающим взглядом. Медленно опускает взор, который на несколько секунд замирает на моей груди.

— Ну, здравствуй, Полина.

Его улыбка не обещает ничего хорошего. Молча отступаю в сторону и обреченно наблюдаю, как Влад скидывает с плеч пальто, вешает его в шкаф и разувается из туфель, чьи начищенные носки покрыты капельками воды. Делает несколько шагов ко мне, наклоняется и легко касается губами щеки в приветственном поцелуе.

Каменею, а сердце в груди рисует истеричный кульбит и пропускает пару ударов, а плечи покрываются мурашками. Сжимаю дрожащие пальцы в кулаки. От Влада пахнет пряным черным перцем и терпкой древесной корой. От его парфюма на секунду мысли путаются в клубок.

— Ждала?

И не солжешь, потому что, да, ждала, но с мрачной тревогой, как узник палача. Я киваю, а Влад скалится в улыбке. Я разворачиваюсь на цыпочках и плыву на кухню, чувствуя взгляд на попе. Бессовестный. Видит же, что я его боюсь, а ему бы поглазеть на чужую пятую точку.

Он по-хозяйски заходит ванную комнату, моет руки и через минуту усаживается за стол, одернув полы пиджака. Цепко следит за тем, как я накрываю на стол. С удивлением смотрит на румяных перепелов на тарелке, и переводит взгляд на меня.

— Не то чтобы я придираюсь, но ты мне голубей подала?

— Перепелов, — ставлю в центр стола чашку с салатом из редиса и свежей спаржи. — Перепелов в медовом маринаде.

У меня эти “голуби” лежали в дальнем углу морозилки несколько месяцев. Никак руки не доходили поэкспериментировать со странной маленькой птицей. Уже подумывала разморозить и скормить бездомным псам, но теперь порадую “дорогого” гостя.

— Перепела значит, — хмыкает Влад.

Сажусь напротив с прямой спиной. Уверенно отрывает ножку от перепела и отправляет ее в рот. Я подумывала о том, чтобы каким-то хитрым образом отравить мясо, но никаких дельных советов в интернете не нашла. Подливаю в бокалы красного вина.

— А неплохо, — за пару укусов обгладывает небольшую ножку и сосредоточенно жует, рассматривая косточку.

Очень обидно. Я не хотела, чтобы получилось неплохо. Я бы предпочла “отвратительно” и “жрать невозможно”. Я бы с удовольствием посмотрела, как Влад отплевывается и кривит губы, но на его лице вижу приятное удивление. Приступает ко второй перепелиной ножке, а я делаю глоток вина.

— Я бы предпочел стейки, — откладывает косточку и вытирает пальцы салфеткой. — Средней прожарки.

— Ты не в ресторане, — я смотрю на него исподлобья.

— О, — он прикладывается к бокалу с вином, — зубки прорезались? Но согласен, мне стоило тебе написать, чего я жду на ужине. Ты хотела меня удивить изысканной кухней, что, конечно, похвально.

Жую брокколи и хочу вилку воткнуть в глаз Влада. Откуда в нем столько наглости и хамства? В следующий раз я тебе точно чумных голубей пожарю и приправлю их от души крысиным ядом, чтобы удивить. Надо бы прикупить пачку мышьяка.

— А вот брокколи, — он накалывает на вилку соцветие и поднимает его, одарив меня хищной улыбкой, — положительно влияет на потенцию, но тебе не надо насчет этого беспокоиться, Поли, у меня и так на тебя колом стоит.