Книга Брат мужа. Порочные игры, страница 34 – Арина Арская

— Я жду, Поли, — Влад щурится, а его член с угрозой вздрагивает. — Считаю до трех.

И что я делаю? А ползу к углу кровати, развязываю шнурочек и расправляю полог балдахина, потом кидаюсь к другому столбу и дергаю за кисточку шнурка. Через несколько секунд я сижу в темноте и говорю:

— Я в домике.

— Что? — недоуменно спрашивает Влад.

— В домике, — обнимаю колени и покачиваюсь из стороны в сторону.

— Не понял.

— Когда я в домике, мы не играем, — закрываю глаза. — И давай приступим к переговорам.

— Поли, к каким переговорам? — голос у Влада обескураженный и растерянный, и сам он не торопится врываться в “мой домик”.

— Неделя — это слишком много, — тихо говорю я. — Я переоценила свои силы. Давай сократим наш брак до одних суток.

— Нет.

— Двое суток?

— Нет.

— За двое суток ты от меня живого места не оставишь, — судорожно шепчу я. — Ладно. Трое суток?

— Разговор шел о неделе, Поли.

— Почему неделя?

— Потому что я так решил

— То, что ты со мной творишь, Влад…

— Тебе нравится, Полина. Ты устала от мужа слюнтяя, который не мог тебя до оргазма довести, — Влад смеется, вышагивая вокруг кровати, — а тебе, в принципе,особых изысков, как оказалось, не надо. Достаточно быть с тобой просто мужиком, да?

— Ты не мужик, ты зверь. И тебе бы в каменный век к диким женщинам.

— Орешь весьма дико.

Хватаю подушку и кричу в нее от бессилия, игнорируя боль в глотке, а затем падаю на спину и прижимаю кулаки ко лбу.

— Что ты там затихла? Наши переговоры окончены?

Открываю рот, чтобы в очередной раз сказать Владу, какой он мерзавец, а голосовые связки стянуло. Не могу ни слова вымолвить. Массирую горло, но все равно из меня выходит глухой и жалобный присвист.

— И я все еще жду извинений, и если я их не услышу, Поли, — сердито вещает за плотным пологом Влад, — я буду вынужден провести с тобой воспитательный процесс.

Глава 24. Грязные ласки

Влад одергивает пол, а ему в лицо подушкой и кряхчу, сползая на пол с другой половины кровати. Запутываюсь в пологе, срываю его и пытаюсь всеми силами выбраться из кокона. Влад смеется, а мне обидно. И я даже не могу его послать к чертям. Пыхчу, с присвистом и злобно выдыхаю, еще сильнее закручиваясь в бархатный полог.

Я ненавижу свою жизнь. Я хочу быть не неуклюжей идиоткой и возмущенной гусеницей, которая потеряла голос после жесткого минета, а роковой стервой, которая могла бы в состоянии щелкнуть Влада по носу и противостоять ему женским обаянием. Я же — неловкая студенточка или даже школьница в гостях дерзкого и резкого старшака.

— Тихо, — Влад усаживается на меня сверху и убирает край балдахина с лица. — Поли, что ты творишь?

Неопределенно ему в ответ покряхтываю. Будь у меня возможность ответить ему словами, то я бы не смогла объяснить, что конкретно на меня нашло. Я устала, я не хочу быть здесь и не желаю вновь испытать на себе любвеобильность Влада.

— Ты решила со мной в молчанку поиграть? — касается носа и улыбается. — У меня с молчаливыми женщинами разговор короткий.

Затягивает полог на моей груди туже, обездвиживая руки, и переворачивает на живот:

— Ты такая милая, Поли, в своем упрямстве.

Ему даже в голову не может прийти, что я молчу вынужденно и, возможно, из-за травмы.

Встает и собирает полог на моих ногах. Поднимается выше, оголяя бедра. Лягаюсь наугад, а Влад хохочет.