Книга Брат мужа. Порочные игры, страница 50 – Арина Арская

— Я рад, что ты признала то, что ты много болтаешь, — Влад хмыкает и бесшумно прикрывает за собой входную дверь.

Медленно выдыхаю и нажимаю кнопку вызова лифта. Так, больше не вступаю в диалог с Владом, иначе я затыкаю его тонким каблуком. У него, безусловно, талант выводить людей на острые и негативные эмоции, которые обнажают черную агрессию в его сторону.

Дверцы лифта разъезжаются, и я торопливо ныряю в кабину, придерживая пальто за полы у воротника. Шесть дней, и я свободна.

— Я думаю, что ты могла раскрыть родителям правду о Паше после моего признания, что я убийца, — Влад встает рядом. — Подумаешь, бывший муж — мазохист и извращенец.

— Пусть считают, что я спасаю его шкуру, чем увидят те фотографии, — с отвращением сглатываю.

Дверцы лифта закрываются, и я нажимаю кнопку первого этажа. Я, конечно, сама умница-разумница. Зачем я сказала о Владе? Пришла бы, показала свидетельство о расторжении брака и ушла, но нет же. Сболтнула под усталостью лишнего, а теперь мама и папа пребывают в ужасе и шоке.

Лифт подозрительно скрипит, вздрагивает и лампочки над головой зловеще подмигивают. Кабина резко останавливается, и раздается громкий и неприятный писк. Тыкаю потухшую кнопку первого этажа. Она загорается и тут же гаснет.

— Что за черт?! — рявкаю я.

— Застряли, — тихо и зловеще отзывается Влад. — И какая удача, что мы здесь только вдвоем.

Оглядываюсь. Он обнажает зубы в недобром оскале и подходит ко мне вплотную, зажимая в угол кабины:

— Я соскучился, Поли.

Глава 34. Красный тебе к лицу

— Снимай трусики, — Влад жарко выдыхает в ухо.

— Ты в своем уме?

— Снимай, дорогая, трусики, — стискивает до боли подбородок в пальцах и в яростном возбуждении вглядывается в глаза.

В испуге пробегаюсь по всем кнопкам дрожащей рукой, но лифт не реагирует.

— Я буду кричать…

Не желаю, чтобы меня отымели в лифте. Это неправильно. Вдруг мы не между этажами застряли. Двери распахнутся, а там люди будут стоять и увидят, как меня Влад в углу зажимает.

— Кричать? — Влад вскидывает бровь и выуживает из кармана красный шарик на ремешках. — Какой я предусмотрительный, Поли.

На пряжке висит этикетка, которую Влад срывает зубами и отплевывает:

— Открывай рот.

— Ты в своем уме? — повторяю я тихий вопрос.

Влад стальными пальцами сдавливает жевательные мышцы. Рот открывается, и он резко проталкивает резиновый шарик в рот. Рывком разворачивает к себе спиной и затягивает ремешки. Я настолько обескуражена его наглостью, что не сразу понимаю, что произошло.

— Долго выбирал между черным и красным, — зло шипит на ухо. — Выбрал красный и не прогадал. Он тебе к лицу. Черный слишком депрессивный цвет.

Я мычу. Но не возмущенно, а скорее удивленно, потому что он претворил свою угрозу заткнуть мой рот кляпом. Стягивает с моих плеч пальто и отбрасывает его на пол. Я сердито вскидываюсь. Вдавливает в стену и задирает подол платья.

— Тихо.

Рвет с треском трусики, и они тоже летят в сторону.

— Успокоилась, — ныряет рукой между бедер и давит на клитор, — время супружеского долга, Поли.

Я несогласно мычу и закусываю с шумным выдохом кляп, когда пальцы Влада рисуют быстрый зигзаг, от которого я вздрагиваю всем телом. От прерывистого дыхания у шеи бежит волна слабости к ногам. Я вновь давлю на кнопки в хаотичном порядке, но лифт стоит, а Влад влажно целует в мочку и спускается к шее, медленно растирая пальцами пробуждающийся бугорок, к которому хлынула кровь.