Книга Брат мужа. Порочные игры, страница 86 – Арина Арская

— Ты ведь понял о чем я, — я тоже щурю глаза.

— Нет.

— Ой, не прикидывайся, — решительно поднимаюсь к Олегу по ступеням. — Почему вам не оставить меня в покое.

— Это случайность, Поли, — Олег машет рукой, разгоняя дым, — что мы тут все оказались. Никто тебя не преследует. Мы, что, маньяки какие-то?

— Вы хуже маньяков, — скрещиваю руки на груди и смотрю поверх крыш. — Я ведь реально думала, что ты водитель.

— Я водитель. У меня даже официальный оклад есть, — Олег топчет окурок носком туфли, — мелочь, а приятно.

— Не хочу иметь дел с бандитами.

— А чего тогда к Зойке прикатила?

— За защитой.

— От кого? — удивляется Олег.

— От вас, — цежу сквозь зубы.

— Не припомню, чтобы мы тебе угрожали чем-то.

— Да вам и угрожать не надо. Я и так знаю, чего от вас ожидать.

— И чего же?

— Это бессмысленный разговор, — стискиваю переносицу.

— Верно, Полина. Я, если честно, не очень разговоры люблю, — Олег прячет руки в карманы. — Люди в разговорах часто врут, увиливают, мозги моют и нервируют, — недовольно цыкает. — И тянут время, как ты сейчас.

— Я не хочу идти к нему.

— А у тебя выбора нет. Как и у него, собственно.

— У него есть выбор. Оставить меня в покое, — зябко кутаюсь в манто.

— И кем бы он тогда был?

— Кем он и был до этого, — зло усмехаюсь. — Мудаком.

— Несчастным мудаком, — Олег разминает плечи.

— Чтобы быть несчастным, нужно иметь сердце, а него его нет, — фыркаю. — Только раздутое самомнение, что все ему что-то должны.

— Ладно, — соглашается Олег, — несчастный мудак с раздутым самомнением. Да, это более полная характеристика Влада. Не буду спорить. А что насчет тебя?

— Идиотка.

— И все.

— Да.

— Возможно, упрямая идиотка? — тихо предполагает Олег.

— Возможно, — поджимаю губы.

— Упрямая и дохрена самостоятельная идиотка?

— Будь я самостоятельной, то маму бы не послушала.

— И то верно, — Олег аккуратно ощупывает синяк. — Упрямая идиотка со странным вкусом в одежде?

Я возмущенно смотрю в опухшее лицо Олега:

— Туфли тети Зои оказались мне большими, а свои я не прихватила, потому что я ехала в деревню к коровам и бандитам, а не на модный показ или свиданки.

— Упрямая и вспыльчивая идиотка, — флегматично отвечает Олег. — Вот.

— Твоя правда, — сжимаю кулаки и зло выдыхаю. — И я хочу тебя ударить. Прям по твоему уродливому синяку.

— А бывают красивые синяки?

— Да к черту тебя! — капризно передергиваю плечами и шагаю к двери, у которой замираю и оглядываюсь. — И из-за чего вы подрались?

— Я хотел уволиться, — Олег пожимает плечами. — В очередной раз не удалось. Меня выматывает моя работа. Это только кажется, что быть водителем у несчастного мудака с раздутым самомнением — легко.

— Но ты не водитель. Ты Каратик.

— Сейчас я водитель, — Олег беззлобно смеется и спускается, — а когда загляну в гости к Зое, то стану Каратиком. Ему надо кое-что с ней обсудить, раз случилось личное знакомство. Ему очень не нравится выходить из тени, но что поделать?

Идет по дорожке среди голых кустов вразвалочку и достает пачку сигарет.

— Курить вредно, — кидаю ему в спину.

— Да иди ты уже, — сует сигарету в рот. — И я все еще настаиваю на хитрой лисе с пушистым хвостиком, Полина.

Я вспыхиваю гневом и скрежещу зубами. Не буду я хитрой лисой, потому что мне от Влада ничего не нужно. Хитрят только те, кто хочет получить выгоду. Поднимаю руку к звонку, а затем решительно дергаю ручку двери, которая с едва уловимым скрипом открывается. Не стану я, как просительница, звонить или стучать.