Книга Тьма египетская, страница 61 – Лана Ланитова

— Господи, что это? – расхохотался Владимир.

— Это колибри… – услышал он смеющийся голос хозяйки.

— Я вижу, что это колибри. Но тебе не кажется странным, что еще пару мгновений назад они были лишь рисунками на стенах твоей роскошной спальни.

— Смотри, – Нифтида показала глазами на мраморный пол.

О, чудо! Весь пол был заполнен золотистыми грецкими орехами. Но эти «орехи» не стояли на месте. Они ползали. Владимир присмотрелся – орехи оказались жуками-скарабеями. Как и колибри, эти жуки отлеплялись от стен и ползли вниз, прямо на пол.

— А это что? – хохотал Владимир. – Они меня не покусают?

— Думаю, что нет, – загадочно отвечала Нефтида.

Помимо этих фантасмагорий, Владимир вдруг почувствовал довольно странное шевеление под схенти. Его набедренная повязка вдруг оттопырился до немыслимых размеров, грозясь порвать тонкое плетение виссона. О боги, его член набухал и рос буквально глазах, сделавшись в два раза толще и длиннее.

— О! – расхохотался Владимир и, вскочив на ноги, сжал себя за тестикулы.

Член наливался свинцовой тяжестью. Распухли и выросли яйца. Теперь его мошонка доставала почти до колен.

— А я не проткну тебя эдакой дубиной? – хохотал он. – Что ты со мной сделала, коварная чаровница?

«Не иначе в этом зелье есть опий, – он пытался рассуждать логически. – Или еще какой-то наркотик. Боже, что со мной?»

Он увидел ее сияющие изумрудами, смеющиеся глаза. Россыпь черных косичек лежала на подушках живописным веером. Стройная фигура Нефтиды казалась самим совершенством. От смуглой кожи шло сияние. Оно казалось сильнее, чем сияние луны на ночном небосводе.

— Боже, как ты прекрасна. Нефтида, ты – настоящая богиня! – кричал Владимир на весь дом.

Да, что там дом. Его голос раздавался на весь ночной Египет, уносясь трубным гулом в звездное небо.

— Когда закончится эта ночь? – кричал он.

— Никогда! – вторила ему египтянка.

— Я так и понял! – отвечал ей он. – Вы все играете со временем.

— Прекрасный этруск, я люблю тебя! – кричала ему Нефтида. – Я хочу, чтобы ты стал моим мужем!

— Я согласен! – отвечал он. – Если только разрешит Виктор, остаться мне здесь. В твоем времени.

— А кто такой Виктор?!

— Никто. После… Это неважно! Важнее то, что ты необычайно красива. И я тоже люблю тебя!

— Да!!! Иди ко мне…

Она распахнула стройные ноги так широко, как не умели земные женщины. Они казались необыкновенно гибкими и легкими.

— Я не проткну тебя насквозь? – вновь смеялся он, закатывая глаза от смеси острого счастья и необычной, почти безумной плотской тяги.

— Скорее же! – шептала она. – Сделай мне маленького этруска.

Он вошел в нее резко, во всю длину. И обомлел от наслаждения. Ему казалось, что его родной друг вырос еще сильнее, уходя в ее чреве на чертову дюжину незримых верст, а вокруг была ее горячая и сладкая, будто наполненная тёплым медом, плоть. А дальше было безумное скольжение, во время которого он, то хохотал, то корчился от пароксизмов такой жгучей страсти, которая походила скорее на боль, настолько она казалась прекрасной и острой.

«Господи, как же меня прёт, – думал он. – Что за странный наркотик? У меня сейчас разорвется сердце… Я не вы-дер-жу этой сладкой муки…»

Он поворачивал женщину то передом, то задом, с наслаждение входя в ее узкое горячее лоно.