Книга Бывший муж – мое проклятье, страница 162 – Леди Дарк

Делаю маленький шаг и останавливаюсь. Затем снова шаг, и снова замираю, чувствуя, что больше не могу двигаться. Вдыхаю его запах, посылая мозгу новую дозу легкого дофамина, которого ему становится недостаточно, и приходится дышать всё чаще и глубже. До изнеможения.

Я заставляю себя отвернуться и краем глаза попытаться рассмотреть его кабинет. С трудом продвигаюсь дальше, все также оглядываясь на окно, но все равно замечаю омрачающую обстановку вокруг себя. Черные стены, постель, стол, шкаф, кресло — все мелочи выполнены в одном цвете, а единственное хоть какое-то яркое пятно здесь это панорамный вид.

И, откровенно говоря, я бы ничто не стала здесь менять.

Я подхожу к рабочему столу, останавливаюсь, выглядывая высвеченное время на запароленном ноутбуке, и, отпуская взгляд вниз — под стол, неожиданно для самой себя, замечаю картину. Моя изуродованная картина в несколько лет назад… Пейзаж. То самое море. Истерика. Порванный холст. Развод...

Наверное, я никогда не забуду тот день. Как бы не пыталась.

— Нет… — вырывается из груди, когда руки непроизвольно сами тянутся к холсту.

Но затем резко повисают в воздухе, когда взгляд находит на рабочем столе то, чего кажется не должны были видеть мои глаза…

Фотография. Наша фотография. Вторая полоска из фото будки, которую я думала, что потеряла на улице. Она тут. У него на столе, спрятанная под кипой документов. Откуда?

Я выхватываю ее мигом, суетливо вглядываясь во все те же знакомые лица, глаза, и улыбки. И постепенно начинаю ощущать, как все сильнее начинает кружится голова. Ощущение такое: плохое, как предсмертное. Как как будто что-то умирает, исчезает в тебе. Какая-то другая жизнь. Убирается из твоей жизни, головы, сердца...

Он исчезает.

Из моих мыслей и памяти, в которой картинки счастливой, непредсказуемой жизни в последний раз прокручиваются перед невозможным восстановлением…

Вот это точно конец.

Я чувствую, как по щеке соскальзывает одинокая слеза. Прижимаю фотографию к груди, ощущая, как меня греют те счастливые глаза, запечатленные на ней. Сразу же хочется туда вернуться. Хотя бы на день… И за это я захотела ударить саму себя по сердцу, чтобы оно опомнилось. Я жутко связала с этим человеком многие события из своей жизни. Даже то единственное, что по праву принадлежало только мне — сама я — оказалось под его влиянием. Как будто он оставил свой след в каждой частичке моего «я», и теперь, чтобы избавиться от этой связи мне выходит нужно уничтожить себя.

— Какого хрена…?

Я оборачиваюсь назад со скоростью света, смахивая все слезы с лица.

Фотография из рук моментально выскальзывает куда-то в сторону на пол, заставляя мои пустые ладони сжаться в кулаки, в знак того, что «я готова бороться». Кто бы там не был.

А там только он…

Слезы на моих щеках чувствую, что все еще медленно, но бегут, и щеки горят.

— Какого хрена, я повторяю, ты тут забыла?!

Карстен идет на меня, яростно сбивая меня с ног своей бешеной темной, страшной энергетикой. Его кипящие гневом глаза вновь заставили тело оцепенеть.

Он стремительно направлялся ко мне, заставляя меня наоборот инстинктивно шагать от него назад до момента, пока лопатки не уперлись в холодное стекло.

— Тебя разве не предупреждали? — процеживая каждое слово через зубы, сказал Карстен, замедляя шаг, когда понял, что завел меня в ловушку. — Разве не говорили о том, что твоя, блять, работа, это только то, что показали и сказали тебе «вот это»!