Книга Бывший муж – мое проклятье, страница 78 – Леди Дарк

Её лицо немного осунулось, взгляд насторожился. Любезность между нами испарилась, оставив пустое место для того, чтобы сподвигнуть меня вовремя выдавить из себя что-то похожее на улыбку:

— У тебя просто очень эффектная внешность, я подумала, что точно где-то должна была тебя видеть, на каких-то обложках журнала. — На адреналине бубню я, чувствуя резкий прилив сил. Ложь придает значительны силы для вранья.

Боже, сколько молитв я произнесла про себя, чтобы она только поверила в мою чушь? Сотни? Кажется еще больше.

— Ох, благодарю, — девушка расплылась в довольной улыбке, что на подсознательном уровне подсказало о том, что она поверила. — Но на самом деле ты угадала. — Лили негромко рассмеялась, так как предназначено настоящей леди. А я опять почувствовала укол противной зависти. — Кстати, Элиз, ты очень вовремя попалась мне. Кажется, наша встреча была не просто так.

Я напряглась; нервно поерзала на стуле, озадачено прищурив глаза, когда сделала небольшой глоток кипяченной воды, потому что почувствовала ужасную сухость во рту.

— Я давно ищу художника, который бы смог написать парочку картин в несколько комнат. Буквально пять пейзажей, или что ты предложишь, хватит! Просто не могу смотреть на эти пустые стены. Ужас какой-то. — Из всего контекста я поняла только то, что очень сильно соскучилась по своим краскам. — Ты бы смогла взяться за такую работу?

Ее огромные, выпученные глаза, проникающие в глубину души, жалостно кричали о просьбе, ставя меня в неловкое положение.

Замешкавшись, я отвела взгляд и забегала зрачками по голым серым стенам кухни, чувствуя как ладони начинают сильно пульсировать в жажде творить.

Это было беспроигрышное предложение. Я уже готова была сказать да! Но что-то меня останавливало. Например, само упоминание о том, что это дом Карстена.

— Я даже честно, как то и не знаю, — промямлила я, сконфузившись, но уже томясь в ожидание, когда же смогу пустить в ход свое второе творческое полушарие, которое померло со скуки без работы.

— Прошу, Элизабет, — неожиданно обхватив мою ладонь, она аккуратно потерла мягкими подушечками пальцев мое запястье. — Деньги — не проблема. Я уважаю каждый труд и заплачу, как ты скажешь.

— Ты ставишь меня в неловкое положение. Ты же даже не видела в какой технике я работаю.

— Элизабет, я не разбираюсь ни в каких техниках. Я потребитель, и обожаю все глазами! Ты — моя последняя надежда. Ты не представляешь, но Карстен всерьез прогонял всех художников, которых я переманивала за сумасшедшие деньги, — сказала она, словно оправдываясь за свою настойчивость.

Я насторожилась, с неприкрытым удивлением покосившись на нее, заподозрив во вранье. Карстен и какое-то отношение к искусству? В это сложно поверить. Раньше его чувствами скорей всего больше преобладал здоровый пофигизм, чем отвращение или пассивная агрессия к остальным художникам, помимо меня. Ко мне у него был «особенный» пофигизм комбинированный еще парочкой загадочных чувств.

Ход моих действий оставался только за мной. Отказаться или лучше согласиться, чтобы вновь ощутить себя живой, и на мгновение снова почувствовать забытое счастье? Но быть готовой к тому, что каждый раз придется встречаться лицом к лицу со своим кошмаром, с которым придется теперь как-то бороться. Или все же отказаться, чтобы почувствовать вкус сладкой победы, которая на языке точно будет горчить, конкретно олицетворяя несчастье.