Книга Пышка в разводе. (не) влюбиться в босса, страница 29 – Майя Нур

Она развернулась и пошла к остановке, не оглядываясь.

До офиса она добралась почти вовремя, но настроение всё равно оставалось тяжёлым. Не из-за разговора. Скорее из-за того, что прошлое снова попыталось открыть дверь, которую она уже начала закрывать.

Когда Вика вошла в приёмную, Герман разговаривал по телефону. Увидев её, он коротко кивнул и продолжил разговор. Она села за компьютер, открыла календарь и только теперь заметила, что руки слегка дрожат.

Через несколько минут дверь кабинета открылась.

— Виктория.

Она подняла голову.

— Зайдите.

Герман закрыл дверь и положил на стол папку.

— Что произошло?

Она замерла.

— Простите?

— Вы сегодня дважды перепутали время встреч.

Вика растерянно посмотрела в ежедневник. Он был прав. С ней такого ещё не случалось. Она тихо выдохнула.

— Утром приезжал бывший муж.

Герман молча ждал.

— Хотел вернуть всё назад.

Он кивнул.

— И?

— Опоздал.

Ответ вырвался сам собой. Герман несколько секунд смотрел на неё.

— Хорошо.

Она удивлённо подняла глаза.

— Что именно хорошо?

— Что вы это понимаете.

Он забрал папку со стола.

— Остальное пройдёт.

Вика почувствовала странное облегчение. Он снова не стал задавать лишних вопросов. Не начал утешать. Не предложил советов.

Просто поверил ей.

После разговора с Андреем Вика ожидала, что ей станет легче. В книгах именно так обычно и происходило. Героиня ставила точку, уходила в закат и символически закрывала дверь в прошлое. В жизни точка оказалась больше похожа на запятую. Андрей перестал стоять перед глазами, зато в голове начали всплывать десятки мелочей, о которых она раньше не задумывалась. Она вспоминала, как однажды подготовила для него презентацию за одну ночь, а утром он представил её клиенту словами: «Мы тут кое-что набросали». Тогда ей показалось, что это совершенно нормально. Сейчас она не могла понять, как вообще согласилась стать человеком, которого постоянно прятали за местоимением «мы».

Работы было столько, что мысли приходилось отодвигать в сторону. Герман почти сразу увёз руководителей отделов на встречу с инвесторами, оставив Вике весь входящий поток звонков и документов. К полудню она успела решить четыре срочных вопроса, найти потерявшийся договор, убедить очень раздражённого клиента не расторгать соглашение до личного разговора с директором и объяснить курьерской службе, что коробка с макетами никак не может считаться «успешно доставленной», если она находится в Воронеже вместо Москвы.

Когда Герман вернулся, он задержался у её стола.

— Устали?

— Немного.

— Это заметно.

— Я старалась скрыть.

— Получилось плохо.

Она улыбнулась.

— Начинаю думать, что от вас вообще ничего нельзя скрыть.

Он посмотрел на неё спокойно.

— Можно.

— Что именно?

— То, что человек сам не хочет показывать.

Эта фраза прозвучала неожиданно серьёзно.

Вика уже собиралась что-то ответить, когда возле стойки появился мужчина лет тридцати с ярко-красным галстуком и букетом цветов.

— Добрый день. Виктория?

— Да.

— Это вам.

Она удивлённо приняла букет.

— От кого?

Курьер сверился с телефоном.

— Здесь только записка.

Он передал небольшой белый конверт, получил подпись и ушёл. Вика несколько секунд смотрела на цветы. Белые пионы. Любимые. Герман уже собирался войти в кабинет, но остановился.