Книга После развода. Ты вернешься, но я не прощу, страница 70 – Элли Лартер

Бред какой-то.

Уж слишком часто...

Врет?! Не врет?!

— Боюсь, мне все-таки придется им позвонить, — закатив глаза, говорю я Марье.

— Наверняка притворяются, — отвечает сестра спокойно. — Но на всякий позвони.

— Я тоже так думаю, но...

Я с сожалением встаю из-за стола, надеясь, что разговор пройдет быстро, и мой ужин не остынет, иду в коридор и набираю номер мужа.

Витя сразу берет трубку и орет:

— Четвертый раз, Даша! Четвертый!

На заднем фоне и правда слышны специфические звуки.

— Что с ним?! — спрашиваю я, стараясь быть спокойной, но на самом деле начинаю по-настоящему нервничать.

— Понятия не имею! Днем начал болеть живот. Его с уроков в школе отпустили. Я сначала думал, что он врет мне, но пришел домой — а он бледный! Напоил его водой, дал обезбол, он уснул. А как проснулся — начало рвать!

— Температура есть?! — спрашиваю я.

— Вроде, нет.

— Живот еще болит?!

— Говорит, что нет, в основном тошнота.

— Бледный?!

— Да.

— Вообще-то, на отравление похоже... Что он ел в последние сутки?!

— Да ничего такого, вроде, — задумывается мой непутевый муж. — На завтрак йогурт, нектарины, печенье, которое ты всегда берешь. Обедал в школе. После не ел ничего...

— А вчера на ужин?!

— Ну... бургеры... и всякое такое...

— Всякое такое?! — морщусь я. — Какое — такое?!

— Картошку фри, например, — с явным нежеланием говорит Витя.

— Что еще?!

— Крылышки, сырные палочки, луковые кольца.

— И сколько он этого всего сожрал?! — интересуюсь я, догадываясь, в чем причина отравления. По сути, это даже наверняка не отравление. Просто желудок и кишечник офигели от того, сколько жира и специй им дали!

— Да просто порцию!

— По порции каждого блюда, ты хотел сказать?!

— Да что ты пристала?! — рычит Витя. — Там ничего такого не было!

— Какой же ты придурок! — говорю я ему. — Не помнишь, что у нашего сына чувствительный в этом плане организм?! Что у него гастрит был, и синдром раздраженного кишечника?! Что ему нельзя много жирного, острого?! И он сам тоже придурок! Он тоже знал это! Но решил, раз матери дома нет, можно и нажраться всякой фигни! Он ведь наверняка уже догадался, в чем дело, просто тебе не говорит... да, Макс?! — кричу я в надежде, что сын услышит. Но в ответ мне раздаются только звуки очередного приступа рвоты.

— Я забыл об этом! — перебивает меня Витя. — Все это было чертовски давно, лет пять назад!

Он явно раздражен, потому что понимает: он сам во всем виноват... он — и его дурной сын! Макс — это вообще просто недоразумение какое-то! Какая там присказка есть?! О! Мыши плакали, но продолжали жрать кактус! Вот и он: знал, что нельзя, знал, что будет фигово, но все равно жрал! Думал, пронесет... не пронесло. Точнее, может, и пронесло, но не в том смысле.

— Конечно, давно, — говорю я. — Потому что все последние пять лет я следила за его питанием! А ты решил забить!

— Мне было некогда! — оправдывается он.

Ну да, ну да...

Лучше бы оставил сына голодным, чем накормил тем, чем накормил.

И ладно бы немного дал! Обошлось бы!

Я ведь не дура, я прекрасно понимаю, что время от времени Макс копит и потом тратит свои карманные деньги на такие вот бургеры, картошку фри, чипсы и колу. Они с друзьями часто делятся друг с другом разной гадостью.

Но пока все это было раз в неделю и по чуть-чуть, он был в порядке.