Книга Не Твоя Ставка, Мажор!, страница 6 – Мира Лаверн

Тимур опустил взгляд на мокрую одежду.

Кофе стекал по ткани.

Он медленно поднял голову.

Я ожидала злости. Резкого движения. Угрозы. Требования вызвать охрану.

Но Тимур смотрел на меня странно.

Словно я только что не облила его кофе, а подтвердила какую-то догадку.

— Ты ненормальная, — выдохнул Денис.

— Это официальное медицинское заключение или личное мнение организатора тотализатора?

— Ты хоть понимаешь, что сделала?

— Испортила кофе.

Я повернулась к Тимуру.

— И заставила мажора потратить ещё немного денег. У тебя сегодня неудачный день.

Он провёл ладонью по куртке. На коже осталось тёмное пятно.

— Я могу потребовать, чтобы тебя уволили, — сказал он.

— Можешь.

— Могу добиться, чтобы тебя отстранили от проекта.

— Попробуй.

— Могу подать жалобу.

— Подавай.

Администратор наконец пришёл в себя.

— Морозова! В подсобку! Немедленно!

Я не отвела взгляда от Тимура.

— Ты потеряешь деньги, Орлов, — сказала я. — Все пятьсот тысяч. А потом ещё долго будешь объяснять людям, как проиграл девушке из кофейни.

Уголок его рта едва заметно дёрнулся.

— Посмотрим.

— Нет. Ты посмотришь. Я буду жить своей жизнью.

Я сняла фартук, бросила его на стойку и пошла в подсобку под шум голосов и звуки приходящих уведомлений.

Через семь минут видео появилось во всех студенческих чатах.

Через пятнадцать минут его выложили в открытые социальные сети.

Через сорок минут у ролика было больше ста тысяч просмотров.

К утру меня называли девушкой, которая облила кофе капитана, хотя ещё вчера у меня были имя, фамилия, учебный проект и планы на ближайшие несколько лет.

Администратор не уволил меня.

Не потому, что считал мой поступок допустимым. Первые десять минут он кричал так громко, что я узнала о себе много нового. Потом ему позвонила управляющая сетью, затем служба безопасности университета, а после кто-то из администрации.

В результате меня отстранили от смен на три дня и обязали написать объяснительную.

Я писала её в общежитии, пока Женя ходила по комнате и ругалась.

— «В ответ на провокационные действия посетителя», — диктовала она. — Нет, лучше: «в состоянии сильного душевного волнения».

— Я не была в состоянии сильного душевного волнения.

— Ты облила человека кипятком.

— Это был американо. Температура выдачи около семидесяти градусов. Пока я разговаривала, он остыл.

— Значит, ты ещё и рассчитала?

— Нет.

— Тогда не усложняй будущему адвокату работу.

Я отложила ручку и посмотрела на неё.

Женя Сафина была единственным человеком в общежитии, способным одновременно красить ресницы, читать уголовный кодекс и есть лапшу быстрого приготовления. Она училась со мной на одном факультете, но выбрала направление цифрового продюсирования. В любой непонятной ситуации Женя искала, как превратить её в контент.

Сегодня даже она не шутила.

— Он не подаст заявление, — сказала я.

— Откуда ты знаешь?

— Ему это невыгодно.

— Ты только что унизила его перед всем университетом.

— Если он пожалуется, станет человеком, которого победил стакан кофе.

Женя задумалась.

— Логично.

Она села на соседнюю кровать и протянула мне телефон.

На экране шёл ролик.

Я видела его уже раз двадцать, но каждый раз находила новую деталь. Вот Денис улыбается. Вот Тимур спокойно говорит, что ставка остаётся в силе. Вот я снимаю крышку. Вот кофе летит в него красивой тёмной дугой.