Книга Бывший. Ты пожалеешь!, страница 65 – Ира Орлова, Виктория Ким

— А вдруг, а вдруг… – Лида машет рукой, перебивая мои сомнения. – Ты опять начинаешь загоняться. Ты мужику явно нравишься, чего себя сомнениями изводить? Вы же не жениться собираетесь. Лариса, ты заслуживаешь счастья. И вообще, хватит заниматься самобичеванием. На свидание ходили?

— Да… То есть нет. Но планировали…

— Что значит «планировали»? Только не говори, что ты отказалась, – закатывает глаза подруга.

— Не отказывалась я. Скорее он отказался. Предложил и отменил, – выдаю быстро, чувствуя неясно смятение.

— По причине? – продолжает допрашивать Лида.

Рассеянно пожимаю плечами. Причин я и сама не знаю. Саша до сих пор так ничего и не написал. Даже на мое пожелание доброго утра не отвечает вот уже несколько часов. Занят, наверное?

Мира продолжает сидеть молча. Её взгляд расфокусирован, словно она смотрит вглубь себя. В этот момент я замечаю, что что-то не так.

— Ясно… А ты что такая хмурая? – Лида моментально переключается на неё, указывая вилкой, как прокурор на обвиняемого. – Ты всегда особо не разговорчивая, но сегодня превзошла саму себя. Что случилось?

Мира вздыхает, и её взгляд становится ещё более тяжёлым.

— Я думаю, что мой мне изменяет, – произносит она тихо, как будто эти слова даются ей с огромным трудом.

Воздух за столом словно сгущается. Мы с Лидой застываем, не зная, что сказать.

— Что? – спрашиваю я, глядя на неё в шоке. – Есть предпосылки?

— Он стал другим, – отвечает Мира, избегая наших взглядов. – Чаще пропадает на работе, телефон всегда у него в руках.

Она сидит, склонив голову, её длинные, идеально уложенные волосы слегка растрёпаны. Её пальцы беспокойно играют с салфеткой на столе, сворачивая её в плотный комок. Она вздыхает, и её глаза, обычно такие яркие и живые, сегодня кажутся потускневшими.

— Ты уверена? – осторожно спрашиваю я, стараясь выбрать слова так, чтобы не надавить слишком сильно. В голосе звучит и сочувствие, и тревога. Я знаю Миру давно и никогда не видела её в таком состоянии.

— Я ничего не знаю наверняка, – вздыхает она, её голос звучит так, будто она уже слишком устала от этих мыслей. Она проводит рукой по волосам, жест медленный, почти механический. – Но у меня плохое предчувствие.

Её слова повисают в воздухе. Я вижу, как её плечи чуть опускаются, будто груз этих подозрений стал невыносимым. Лида, напротив, сидит с прямой спиной, её глаза сузились, и в них пылает огонь. Она явно собирается сражаться, даже если пока не знает, как именно.

— Если это так, он идиот, – бросает она резко. – Ты у него такая потрясающая, а он… Нет, это невозможно. Он же не совсем дебил. Где он еще такую заботливую, хозяйственную и красивую найдет?

Мира молчит. Она кивает, но её жест едва заметен, а лицо выдаёт, насколько тяжело ей согласиться. Я вижу, как её подбородок чуть подрагивает, словно она на грани. Её глаза наполняются влагой, но она отводит взгляд, чтобы мы этого не заметили.

— Мира, – мягко говорю я, касаясь её руки, которая всё ещё сжимает салфетку. – Мы с тобой. Что бы это ни было. Ты не одна.

Она оборачивается ко мне, её взгляд благодарный, но наполненный болью.

— Спасибо, – шепчет она, а затем прикрывает глаза, словно собирается с мыслями. – Я просто… боюсь. Боюсь узнать правду. А если я права? Если он действительно… Я ведь его люблю, девочки. У нас двое детей…